— Нечто, правда? Мы в Канзасе живем на равнине, поэтому ездим в горы. Всё как на ладони, до самой поймы. Ферма на дне мира. Как-то раз дожди стояли стеной, мне и двенадцать не было. Отец взял лопаты и мы вкалывали всю ночь, пока я не отрубился. Но мы остановили воду. Спасли ферму. Твоя бабушка испекла торт, сказала, что я герой. Позже в тот день мы узнали, что своими руками отклонили поток. Всю ферму Лэнга смыло. Пока я ел свой торт, их лошади тонули. Я ещё долго видел их во сне. — Этот кошмар прекратился? — Да. Когда я встретил твою маму, она подарила мне веру в добро. Она была моим миром. Я по тебе скучаю. — И я по тебе, пап!
Я так далек от совершенства. У меня никогда не получалось сдерживать гнев. И все это копилось внутри меня до тех пор, пока не остановилось мое собственное сердце. Моя ярость, Кларк. Вот что заставило меня захотеть убить человека. Но вместо этого, она убила меня.
— Я устал прятаться. Я хочу делать что-то полезное в своей жизни. — А быть фермером, кормить людей — по-твоему это плохо? — Я этого не говорил. — Пять поколений нашей семьи были фермерами. — Твоей семьи. Не моей. Я... Я не знаю, зачем я вообще слушаю тебя, ты ведь мне не отец. Ты нашел меня в поле. — Кларк! — Ничего, Марта. Он прав. Кларк всё точно подметил. Мы не твои родители. Но мы делали всё, что было в наших силах. И ты всегда мог рассчитывать на нас. Но теперь, может теперь тебе этого стало недостаточно. — Слушай, пап... просто... — Постой...
