Джонатан Маккуорри

— Я знаю, мы решили не спешить... но... просто, чтобы ты знала... я делаю всё возможное, чтобы не сорваться. — Я тоже... Наши родители гордились бы нами. — Только скажи мне... — Что сказать? — Если бы мы вдруг... сорвали бы с себя остатки одежды и предались удовлетворению... своих человеческих потребностей в безумном... — ...сексуальном угаре?.. — Хорошо сказано... — То что?.. — Кто бы нас в этом обвинил?.. — Кто бы судил нас?.. — Кто бы узнал?..

— Что? О чём ты думаешь? — Я не хочу усложнять тебе жизнь. — Нет, я... я... Все твои сложности мне необходимы. — Я думаю мне лучше уйти... — Тебе лучше остаться.

— А девчонки симпатичные. — Тебе... не очень везёт, да? — Ты имеешь в виду секс? — Нет, страховку. Сколько у тебя было девчонок? — Я не знаю. — Не ври, все знают. — Ну, может... может четыре. — Может четыре? — Ну ладно, четыре. А у тебя? — У меня? Не знаю. — Ты же сказал, что все знают. — Ну, я говорил про таких, как ты.

— Он был очень умен. Это глупо конечно, но я к нему испытывала особое чувство... близости... Я всё ему рассказывала. И про это рассказала. — Рассказали ему про список? — Да... В нём что-то особенное. Что-то пугающее. — Зачем же Вы ему снова позвонили? — Когда так хорошо, скорее умрешь, чем остановишься. Ты жаждешь кого-то убить... человека, с которым ты этим занимаешься... потому что он... шикарный партнёр.

Даже не знаю. Иногда я чувствую себя таким... ну знаешь... обделенным. Работаю на крупнейшую аудиторскую фирму в мире, а никого кроме своего стола не вижу. Мой новый ведущий менеджер, Чет Петерсон, я с ним до сих пор не знаком. Я пытаюсь как-то познакомиться с людьми на работе, но всё время одно и то же. Для работников бухгалтерии я - головная боль, и поэтому они две недели, затаив дыхание, молятся, чтобы я не нашел их просчётов, а для всех остальных я лишь временное явление, так зачем напрягаться... И часто бывает... я смотрю на людей за окном... и остро чувствую, как жизнь проходит мимо.