Джорджия «Джордж» Ласс

Я расскажу вам историю. Не о себе, обо мне потом. Это просто история, вы готовы? Давным давно, ну, на заре времен Бог был очень занят сотворением мира, как это теперь принято говорить. Однажды он отдал жабе кувшин и сказал: «Будь осторожен, внутри него смерть». Очень гордый жаб не знал, что ему предстоит провалить божественную миссию — хранить смерть, и обещал оберегать кувшин. Но однажды жаб встретил лягушку. «Дай мне подержать кувшин смерти», — сказала лягушка. С очень умным видом жаб сказал: «Нет». Но лягушка настаивала, и после долгого нытья жаб сдался. «Ты можешь подержать его, но только чуть-чуть», — сказал он. Обрадовавшись, лягушка начала жонглировать кувшином, бросая его из лапки в лапку. Жаб был придурком. «Прекрати», — крикнул он, но было поздно: лягушка уронила кувшин, и он разлетелся на куски. И смерть вырвалась на волю. И с этого момента все живые существа стали смертными. Представьте, насколько был бы лучше мир, если бы лягушки не существовало на данный момент. Теперь мы все знаем, что мы все умрем. Некоторые раньше других. У меня получилось намного раньше...

«Может быть, выпьем кофе?» – так принято говорить тем, у кого был поганый денек.

Людям всегда плохо там, где они есть. Они всегда ищут другое место, другого человека, чего-то другого. Как говорила моя мама: там и трава зеленее. Все ищут другую сторону. Я уже там, но все равно ищу.

Опыт показывает, что интерес рождает надежды, а надежды рождают разочарования. Значит, лучший способ избежать разочарования — отвергать интерес.

— Как было в клубе Монтгомери? — Душно, напряженно, хреново... мне понравилось.

Говорят, что вся жизнь проходит перед глазами перед смертью. Может быть и так, если ты смертельно болен или парашют не раскрылся. Но если смерть подкралась внезапно, единственное, о чем успеваешь подумать, — вот дерьмо!

На похоронах всегда несут одну и ту же чушь. Говорят, каким ты был милым, замечательным и полным жизни, и что пришло твое время, и пути Господни неисповедимы. Никогда не скажут ничего плохого. Ты можешь быть хоть гигантским дерьмом в унитазе, и все равно запахнешь розой.

Смерть сродни сексу в старших классах – если б вы знали, сколько раз она вас миновала, то обалдели бы.

Плохих людей наказывает закон правосудия, а хороших — закон подлости.

Когда я была маленькой, мама сказала, что Санта Клауса нет, так же, как и Пасхального Кролика, Зубной Феи или Великой Тыквы. Возможно, она сказала не совсем так, но я просто осознала, что это относится и к Богу тоже, иначе сейчас я, возможно, начала бы молиться.

— Мама, у меня получается! Я еду! — Молодец, доченька! — И я больше не вернусь!

Путешествие в одиночестве обладает особой магией, которую не почувствуешь, находясь в толпе. Хотя, с другой стороны, может быть и в толпе есть что-то, чего я пока просто не понимаю.

Шарлота сделала мне больно, и я сказала то, что говорят, когда не хотят больше встречаться: «Я тебе позвоню».

В старших классах я читала «Гамлета»: парень не может принять решение — и все умирают.

Не знаю, что меня больше расстраивало: то, что я мертва, или то, что первый парень, смотрящий на мое обнаженное тело, был патологоанатомом.

— А где остальные папки? — Какие остальные? — Ну те, что я просил, в красных обложках. — Да... я их искала, но не нашла! — Но папки просто так не могут исчезнуть... — Могут... если их уронить в шахту лифта...