Эйприл Уилер

— Послушай меня. Ты не хочешь признать себя настоящего. Тебя душит и совершенно не дает проявить себя наша жизнь здесь. — И кто же я? — А ты не знаешь? Фрэнк, ты самое удивительное и прекрасное, что есть в мире. Ты мужчина.

Единственная причина, по которой мы приехали сюда, — это то, что я забеременела. А потом мы завели еще одного, чтоб доказать, что первый не был ошибкой.

Мужество нужно, чтобы жить так, как тебе хочется.

Разве «нравственный» и «общепринятый» не одно и то же?

Помнишь, как раньше? Мы всегда говорили правду... А знаешь, почему все боятся говорить правду? Люди всегда знают, в чем она, сколько бы они ни пытались отрицать. Все вокруг знают про себя правду! Просто им намного удобнее лгать.

— Нет, Фрэнк! А наша жизнь разве реальна? Разве может умный и талантливый человек много лет заниматься тем, что он совершенно не переносит? И жить в городе, который он не переносит. Вместе с женой, которая не переносит того же самого, что и он. А знаешь, что хуже всего? Все наше существование основано на предположении, что мы особенные, что мы выше всего этого. Но это не так! Мы такие же, как и все! Посмотри на нас. Мы в плену одного и того же смехотворного заблуждения, что, как только появляются дети — нужно остепениться и похоронить себя заживо. И мы наказываем друг друга за это.

— Если ты это сделаешь...если ты...богом клянусь, я... — Ты — что? Бросишь меня? Это угроза или награда?

Как нужно напрягать воображение, чтобы можно было назвать тебя мужчиной?

[...] Ты никогда не пробовал чего-то добиться, а если не пробуешь — значит, не терпишь неудач.