Экхарт

Должна иметь место «нищета духа» и наступить «смерть души», а для этого в ней не должно быть ничего вещного, т. е. необходимо сделать душу «пустой». Но поскольку мир есть единство естественного и сверхъестественного, то, когда мы изгоняем из своей души естественное, она неизбежно заполняется сверхъестественным; так как интеллект один, то изгоняя из своего разума все человеческое, мы освобождаем разум божественный. Быть «пустым» и значит быть полным Бога.

Праведник с Богом в душе не заботится ни о чем земном, ни к чему не привязывается, его не интересует имущество, карьера и т. п. Все происходящее вокруг и с ним самим он воспринимает в «безгранично любящей воле Бога». Даже посылаемые Богом страдания, тяготы и позор праведник принимает с радостью и не ропщет. Такой человек оставляет печать божественности на всем, что делает, ибо его деяния — скорее деяния Бога. Сам по себе праведник ничего не хочет, и потому хочет того же, что и Бог.