Элис Дав

— Нервничаешь? — Ну, все-таки первое свидание. — Это не свидание, просто встреча. — Любопытно, а чем просто встреча лучше свидания? — Мы ничего не ждем, мы не обязаны грузить друг друга своим прошлым.

— Утро — отстой. Еще хуже ночи. — Жизнерадостно. — Это факт.

Для парня, шпионящего на коммунистов, он слишком хороший капиталист.

— Он хотел убить его. Он бы повесил его на моих глазах. Я должен был вмешаться! — И поэтому ты раскрыл себя? — Некоторые вещи нужно защищать. Твои слова. Ты часто так говоришь. — И что же ты, по-твоему, пытался защитить? — Свою душу. Больше у меня ничего нет.

— Мы здесь, чтобы помочь вам. — Я знала, что ты коп. Знала. Ты нам поможешь? Защитишь нас? Каждый день полиция, судьи приходят сюда, чтобы трахнуть нас! От них ты нас тоже защитишь!?

— Как бы то ни было, есть четкая граница между тем, кто мы есть и теми, кого мы преследуем. — Но черта же есть? — Да, чтобы мы знали, где ее пересечь.

— С ним все будет хорошо. То, что ты сделала ради сына — очень важно. Такие, как Роман, не должны победить. — Если в этой стране много таких парней, как ты, то я уверена, с малышом точно все будет хорошо.

Я верил тебе, как самому себе. Я ради тебя всем пожертвовал. Я лгал, чтобы тебя защитить. Я заслужил право на объяснения.

— Как новый напарник с тобой обращается? — Он просто урод. — Точно. Сейчас три часа, а ты еще жив — это хорошо. — Давно его знаешь? — Я знаю его, как никто другой. — Он сказал, что сам выбрал меня, если честно, я не совсем понимаю почему. — Он видит в тебе себя, он был таким же двадцать лет назад. Это тебя пугает? Я бы испугался. Но парень, я бы не желал в напарники никого другого.

— Простое решение обычно самое верное. — Обычно, но не всегда.

— Религия что ли какая-то? — Это не религия, это секта. Живут за счет простаков, которые верят всяким проходимцам. — Страны третьего мира. — Как выразился мой юный друг: мои акционеры так не считают. — Ты пользуешься человеческой наивностью, отбираешь у людей деньги и проигрываешь их в покер. Господь простит мне все грехи, если я уйду отсюда с твоими деньгами.

— Паршиво выглядишь. — Это была моя любимая куртка!

— Вы знали, что Дженнифер продает ваши работы китайцам? — Узнал, когда меня арестовали. — Почему вы ее прикрывали? Это глупо. — Любовь никогда не была разумной. Я хотел защитить ее. — И ради этого пожертвовали семьей? Вся страна считала вас предателем. — Об этом я как-то не думал. Меня волновало только, сумею ли я спасти ее.