Элизабет (Лиз) Форбс

– Ты правда будешь притворяться, что меня не существует? – Да. Прошу тебя, уходи. – Как обычно. Тебе нет дела. Понятно. Как и до того, как я стала вампиром. Как будто и не умирала.

– Крайне невыгодная ситуация. Два помощника мертвы. И ты. Что мне с тобой делать? – Ты ведь никому не расскажешь? Мама. Мама! Пожалуйста. Я знаю, что мы мало общаемся и частенько ты ненавидишь меня. Но я твоя дочь. Ты ведь сделаешь это ради меня? Мам, пожалуйста. Он убьёт тебя. – Тогда убей. – Нет! – Я не смогу. – Убей меня сейчас же. – Ты же собиралась сделать это мучительно. – Нет-нет-нет! – Деймон, не надо! – Деймон, пожалуйста! – Расслабьтесь, никто никого не убьёт. Ты мой друг.

– Держи Кэролайн подальше он меня, пожалуйста. Я не хочу её видеть. – Она твоя дочь, Лиз. – Уже нет. Моя дочь умерла. – Ты понятия не имеешь, как сильно ошибаешься.

– Тебе необязательно стирать мою память. Я сохраню твою тайну. Если волнуешься за них, просто скажи, что стёрла. Я не расскажу. Я не сделаю ничего, что навредит тебе. – Мы никогда так не разговаривали. Никогда. И сегодняшний день очень много для меня значит. – Для меня тоже. – Я знаю. Я знаю, что могу доверять тебе. Но ты никогда не будешь доверять им. Я отвезу тебя домой. Ты забудешь, что я вампир. – Я забуду, что ты вампир. – Ты будешь помнить, что заболела гриппом. У тебя был жар. Озноб. Насморк. Я приготовила тебе суп. И он был очень солёным. И мы поссорились. Ты выздоровела. А потом твоя эгоистичная дочь... которая любит тебя, несмотря ни на что... снова стала игнорировать тебя. И всё вернулось на свои места.

– Значит, ты крадёшь кровь из больницы? – Деймон крадёт. А я таскаю из его запасов, так что...

— В этом крыле были еще четыре жертвы, и все почти обескровлены. Думаете, это Сайлас? — Или врач с очень сомнительным обращением с пациентами.

– Пока у тебя есть кровь, тебе не нужно убивать? – Я хочу. Теперь это моя сущность. Но на здоровой диете я могу это контролировать. У меня уже лучше получается. Лучше, чем у Стефана. У него с этим проблемы. Кровоголик.

– А ты... правда мертва? – И да, и нет. – Как это может быть?