Эмма Дюваль

― Так тихо. ― Да, пока не начались крики, погоня...

― Да, это огромное здание. Надо разделиться и поискать Уилла. ― Так не скажет ни один выживший в фильме ужасов. ― Ноа, иди со мной; ребята, держитесь вместе. ― Это глупо, но... Ладно... Не слушай.

— О, Господи. О, Господи. Это ты. Нет. Нет, Киран. Скажи мне, что я ошибаюсь. — Киран? — Ты не ошибаешься.

― Здесь что-то не так... Ну, то есть, почему он вдруг изменил игру? ― Он же играет не в шашки, а в шахматы. Началось это с Райли, а теперь Уилл. Он заставляет тебя решать кому жить, а кому умереть. ― Мне дороги все мои фигуры. Он прячется за маской, я не могу у него ничего отнять. ― Если не выяснишь кто он. А до тех пор он будет повышать ставки. И эта его затея привести нас сюда ― он будто хочет, чтобы ты думала, что у тебя есть власть, которую он потом отнимет. ― Ты как-будто им восхищаешься. ― Что? Нет! Он же безумный псих-убийца-неудачник. ― Если он хочет, чтобы я нашла Уилла, почему не оставил дверь открытой? ― Это классика ― кошки-мышки. Он любит поиграть с едой перед ужином.

Злодеи всегда возвращаются.

― Ладно, ребята, идите туда, а мы с Ноа пойдём туда. Встретимся сзади. ― Звучит, как начало массы плохих решений. ― Напишите на себе группу крови и оставьте родным прощальные письма. Время Шейки-Джейки.