Эстер

— Знаешь, милая... Есть вещи, которыми занимаются взрослые и которые не должны видеть дети. Когда два человека любят друг друга очень сильно, они хотят показать её и... — Да, знаю. Они трахаются.

Сердце живет ранами. Наслаждение может превратить сердце в камень, богатство может иссушить его, но горе... нет, горе не может разбить его.

Кто беден, если его любят? Никто, ни один человек. Я ненавижу свое богатство. Оно гнетет меня. Пусть он разделит этот гнет со мной.

Перестань бороться, Элайджа. Я хочу, чтобы ты воссоединил нашу семью, взяв тело смертного. Мы все можем быть счастливы снова.

Трудно представить себе что-либо более прискорбное, чем человеческий мозг, по каким-то причинам не могущий нормально функционировать.

— Мое наименование Эстер. — Тебе дали это имя, но ты можешь выбрать новое. — Я себе еще не выбрал. Я рассматриваю имена Ральф, Алехандро и Салим. Меня также странно привлекает слово «обогреватель», хотя, как я понимаю, оно не считается именем.

Нет ничего такого, на что нельзя было бы надеяться. Жизнь и есть надежда.

— Он такой же, как ты. Макс тоже. — Но ты человек. — Никто не идеален.

— Мило. Мы торчим здесь, пока маменькин сынок осуществляет жертвоприношение. Ты жалок, Финн! — Помолчи, Коул. У него есть мужество, какое тебе и не снилось. — Что бы ты о нас ни думала, убийство собственных детей это жестоко. — Я лишь сожалею, что не позволила вам умереть тысячу лет назад. — Хватит. Мне наскучила эта болтовня. Заканчивай, мам. Или я верну тебя в ад. — Тысячу лет мне приходилось наблюдать за вами. Чувствовать боль каждой жертвы. Страдать, пока вы проливали кровь. Даже ты, Элайджа, с твоими претензиями на благородство ничуть не лучше. Все вы — сущее проклятие, растянувшееся на многие столетия. Если вы пришли молить о пощаде — простите. Но вы пришли зря.

Если мужчина и женщина согрешили, пусть удаляются в пустыню и там любят или ненавидят друг друга. Надо заклеймить и того и другого. Если хотите, отметьте клеймом обоих, но нельзя же карать одну, оставив другому свободу. Нельзя, чтоб был один закон для мужчин, а другой для женщин.

Несчастья у людей происходят оттого, что они не говорят друг с другом.

Любовь делает людей глупыми или влюбляются только глупые? Очень бы мне хотелось познакомиться с парой людей, которые, влюбившись, стали умнее и хитрее.

— Дай угадаю... Ты вернул меня из мертвых, чтобы мучить. — Моя дорогая мама, мы просто нуждаемся в твоей крови, если ты будешь ужасно страдать, я не могу обещать, что я не буду наслаждаться этим безмерно.

Прощение — не твоя заслуга. Это дар.

В ней воплотилось все страдание женщины. Не ее одну, всех женщин поразило горе в ее лице.

— Ты говорила мне, что не умеешь играть. — Нет. — Точно говорила. — Ты предложила научить меня, а я согласилась. — Хорошо... Так значит... Все это время ты просто притворялась? — Я подумала, тебе понравится учить меня. Для человека, который любит музыку так сильно, как ты, должно быть очень неприятно иметь сына, который ей совсем не интересуется, и дочь, которая лишена слуха.