Эверетт Бэкстром

— Я верю в призраков. Я видела одного. — Не болтай. — Сама видела. Жуткую девочку. — Это было зеркало, блин!

— Собирайся! — Я просил сводить меня в бар для геев? Сейчас? Или раньше? — Это ковбойский бар! Пошли! Отмутузим старых ковбоев... или трахнем... Если это устранит твои комплексы.

Все знают, что индейцев убивают индейцы. Значит, мы ищем особо злобного, который любит пользоваться ножом и носит сапоги. А это все их мужики и половина баб.

— Как бы ее заткнуть, а? — Пристрелишь ее? — Давай сам. Я на прошлой неделе уже убивал.

Если усложнить ложь, она всё равно не станет правдой.

— А это кто? Главный хрен в секте? — Мы не секта! — Нет разницы между сектой и религией. И те и другие рассказывают сказочки, чтобы отнимать бабосики у дурачков.

— Она не видела дочь пять лет. Говорит, что последний месяц Эмма регулярно звонила, но молчала и вешала трубку. — Если в трубке молчала, то откуда она знает, что это её дочь, блин! — Она мать, она знает. — А, мистическое материнское знание, блин.

— Сестра-близнец тоже работала медиумом. Она нашла тело в девять утра, когда пришла. — Минуточку. У меня очень важный вопросик. Кто-нибудь уже шутил шутку про медиумов, которые не знали о своей смерти? Ну я типа не хочу повторяться.