— Ну что могу предложить, господа? Пять МП: четыре 40-х, один 38-й. Всё отстреляно. Все в полном боекомплекте. Гранаты: противопехотные осколочные. Дают осечки, примерно, 50 на 50. Фауст патроны — два, извините, не проверял. Вот пистолеты есть: четыре Вальтера, один Парабеллум. Это из импортного. И теперь отечественный производитель: ручной пулемет Дегтярева, считай в масле. Четыре ППШ — машина тяжелая, но надежная, убойная. Тульский Токарев, он же ТТ, сегодня один, извини, очень быстро разбирают. Но вот есть наган, но совсем ненадежный. Время сточило ударный механизм. Винтовки Мосина, я думаю, вас не заинтересуют. — Слушай, а откуда всё это? — Эхо войны.
— А это кто? — Свой. — Свой? «Свой своему поневоле брат» — народная фашистская поговорка. Фашист. — Данила. Немец? — Русский. — Вообще-то у меня дед на войне погиб. — Бывает...
Буду я всегда бороться за свои права, Вместе с «Благородными» не сдамся никогда, Если ты чувак, не белый– свали на хер из страны, «Благородные» во главе борьбы, За свободу нашей земли. «Благородные» во главе борьбы, За свободу нашей земли.
Эти бесконечные наступления русских совершенно для нас неожиданны и непонятны. Какие-то ненормальные люди. Казалось бы, чего уж сопротивляться, а они еще пытаются наступать. Гибнут под пулями, от мин, снарядов, от нашей авиации, которая здесь безраздельно владеет воздушным пространством и каждый день обрушивает на город боевые удары. Гибнут, но держатся. Женщины, старики, подростки, представь себе, тоже в нас стреляют, поджигают танки, убивают наших солдат. Оказывается, даже заводы действуют, тракторный ремонтирует под нашими бомбами танки и отправляет их в бой. Дикая страна, непонятные люди.
