Гарднер Эллиот

Всю жизнь я ничего не чувствовал. Я не чувствовал вкус воды, не чувствовал огня, не чувствовал ветер на лице. Теперь почувствовал, но это не сравнится с тем, что я чувствую с тобой. Я безумно боялся, что не смогу быть человеком, но ты открыла во мне человека, Талса.

— Чувак, у тебя какие-то проблемы? Ты пялишься на меня последние четыре часа, и это начинает меня напрягать. — Ты очень красивая. — И ты так просто мне об этом говоришь? Что? — Да, а что нельзя? — Просто ты мог бы держать себя в руках, что ли. И не так откровенно подкатывать. — Ну, я же тебя не обманываю. Ты самая красивая девушка из всех. — Так, ладно, давай полегче. Ты… лучше остынь, парень. — Но я не хочу остывать. Я не понимаю, почему ты расстроилась. — Так, ну, во-первых, я не расстроена, мне некомфортно, это другое. Во-вторых, о том, что чувствуют, как правило, люди никогда не говорят. У них есть так называемые щиты и всякие метафоры. — Зачем? — Потому что мы все запутались и стараемся быть теми, кем не являемся. Если бы мы ходили и раскрывали свои чувства тем, к кому мы их испытываем, тогда мы все были бы… счастливы, наверное.

Ты ведёшь себя так, будто ненавидишь мир... Ты притворяешься. А в своей музыке ты находишь спасение.

— О том, что чувствуют, как правило люди никогда не говорят. У них есть так называемые щиты и всякие метафоры. — Зачем? — Потому что мы все запутались и... Стараемся быть теми, кем не являемся. Если бы мы ходили и раскрывали свои чувства тем, к кому мы их исправляем, тогда мы все были бы... счастливы, наверное... Слушай, Гарднер. Я рада, что ты считаешь меня красивой. Мне было очень классно с тобой, но я никогда в жизни не скажу тебе об этом.

Как ты стала ещё красивее за двадцать секунд?

— Скажи, что ты со мной. — Зачем? — Затем, что страдание любит компанию. — Почему ты страдаешь? — Потому что приходится общаться с идиотами.

То, что тебе лгут другие люди, не значит, что и я лгу. И не всегда бывает неправдой то, что кажется безумным.