— А я всегда говорила, что профессор Снейп очень милый и добрый, — отозвалась Гермиона, оглядываясь. — Чего? — повернулся к ней Гарри. — А ты посмотри на огонь? Как он нежно и ласково сожжёт всех врагов нашего профессора. Ручаюсь, без боли. — Сама доброта, — едко отозвался Гарри.
— Гениально, — покачала головой Гермиона. — Это не магия, это логика, загадка. Многие маги… — девочка пристально посмотрела на Поттера, — не в ладу с логикой, полагаю, они застряли бы здесь навечно. — Как, в общем-то, и мы, разве нет? — Нет, конечно, — удивилась Гермиона. — Всё, что нам нужно — в этом свитке. Семь бутылочек: в трёх яд, в двух вино, одна проведёт нас сквозь чёрное пламя, другая через пурпурное. Но знаешь… на месте Снейпа, я бы во все бутылки налила яд, а когда мне понадобилось бы пройти сквозь пламя, принесла нужное зелье с собой.
Правда, есть вариант, что Гарольд всё-таки тронулся умом, при этом сохраняя свою хитрость и продуманность, ведь как известно, сумасшедший от гения отличается тем, что последнего не поймали с поличным.
— Я использую мантию-невидимку, — заявил Гарри. — Мне повезло, что мне её вернули. — Ты думаешь, мы трое под ней уместимся? — поинтересовался Рон. — Что значит — мы трое? — не понял Гарри. — Да перестань ты, — отмахнулся Рон. — Ты что, думал, мы оставим тебя одного?
— Да, разумеется, но что мне поджечь? Я нигде не вижу ничего деревянного, честное слово! — В голосе Гермионы слышалось отчаяние, она нервно заламывала руки. — ТЫ С УМА СОШЛА? — проревел Гарри. — ТЫ ВОЛШЕБНИЦА ИЛИ НЕТ?
— Гарри, ты великий волшебник, — прошептала Гермиона ему на ухо. — Но я не так хорош, как ты, — произнёс Гарри, когда Гермиона разжала объятия. Он чувствовал себя смущённым. — Я? — удивилась Гермиона. — А что я — ум и книги, вот и всё! Но, оказывается, есть куда более важные вещи — например, дружба и храбрость.
— Возможно, если бы у мистера Малфоя не было патологической надобности врать с той же частотой, с которой сокращать лёгкие, этот аргумент имел бы смысл, потому что я уверена, влей в его горло сыворотку правды — и он повторит мою версию слово в слово, — ядовито хмыкнула Грейнджер, даже не бросая взгляд в его сторону.
— Тебе не нужны они, — Гермиона повернулась к нему и бросила коробки. — Это же во мне дело. Так давай, — с вызовом произнесла девушка, — тебе ведь нужно мучить меня.
— Я знаю, что вы не любите друг друга, но я больше не могу слышать о том, как вы едва не подрались на квиддичном поле или чего похуже, — начала Гермиона хорошо заготовленную речь.