Иван Сергеевич Шаманов

— Я проверил алиби Петра Завьялова. Он действительно был в спорт-баре, пять свидетелей. Так что надо выпускать. — Ты так легко подозреваемыми не разбрасывайся. Кого мы тогда сажать будем? — Картошку.

Пока закон — «как дышло», я буду своими методами компенсировать его изъяны.

— Ну всего-то проникнуть в резиденцию «Барина» и снять охрану. — Ты чего, с ума сошёл!? Это частные владения! Ордер есть? Хочешь, чтобы меня посадили? — Дим? — Это строгий выговор с занесением в личное дело, как минимум! — Ну хорошо, ладно, я один пойду. Только потом не говори на похоронах, что не уберёг, что если бы была возможность всё изменить — поступил бы иначе...

— Здоро́во, мужики! Ну, действуем, как договаривались. Неожиданно появляетесь вы, весело, с шутками — прибаутками, со всякими спецэффектами, всех — мордой в пол, руки — за спину, и тут — появляюсь я. — Весь в белом, да? — И вывожу негодяев на чистую воду.

— Ты что, меня разлюбил? — Да нет... Человеческие отношения — они как ветер. Он утих... — Что? — Анька, найди себе кого-нибудь помоложе и с густой шевелюрой на башке. — Дурак!

Мать, вызывай милицию! Война началась!

Лёгкие деньги — это наркотик. «Садишься» с первого раза.

Ну, давай продолжим разговоры при ясной луне...

Если бы все, кому я мешаю, захотели меня «замочить», то очередь обогнула бы Питер.