Кими Арашикагэ / Джинкс (Kimi Arashikage / Jinx)

— Всё-всё!... Таймаут! — Ты безнадёжен. Зачем вообще согласился на эти тренировки? — Из-за Снэйка. Хотел побольше узнать о нём. — И ради этого подставляешься под удары? — Знаешь... Ты права. Лучше спрошу у Скарлетт. — О, я тебя умоляю! Я знала учителя [Снэйк Айз], когда ещё была подростком. — И сколько же тебе было? Четыре годика? — Восемь!... Однажды мы с кузеном [Томисабуро] гуляли по рынку — отец никогда не отпускал меня одну. И в тот день я поняла почему. Отец был признателен чужаку, спасшему меня. Принял его в клан и обучал словно сына.

— Кажется, я начал поспевать за твоими ударами. Уже не так безнадёжен, а? — Это — комната учителя! Тебе сюда нельзя! — Как и тебе. Что ты здесь вынюхивала? Может, мне сразу спросить у него? — Смотря о чём спрашиваешь. — Хочу знать, с кем имею дело. Почему вы оба покинули клан? Папик выставил? — Это... долгая история. — Я не спешу. — Эх... Помнишь, я говорила, что учитель и Томисабуро были как братья. Как Каин и Авель — соперничали за звание лучшего ученика, стараясь впечатлить наставника. Но Томи желал большего — он метил на его место. Он считал себя достойным власти над кланом. Даже имя себе выбрал — «Стормшэдоу». А отец... он не мог поверить, что кто-то решится столько упорно и бескорыстно покрывать другого. Но лишь тогда он понял, что не хочет вырастить меня убийцей. После этого он решил направить наш клан на иной, более благородный путь. Однако, это шло вразрез с мнением большинства членов Арашикаге. И особенно — с мнением Томи. За это отец однажды и поплатился — за то, что пошёл против течения. Учитель не мог объяснить, почему забрал меня с собой — из-за раны на горле не может говорить. Думаю, он хотел меня защитить от врагов отца. — От Стормшэдоу? — Учитель никогда бы его не выдал. Но я и так знаю, что мой кузен мог пойти на такое.