Кира Журавлева

— Ты хочешь обратно в СССР, да? Где «железный занавес»? Где маршируют все на митингах? Где дефицит? Отлично... — Слушай, я не понимаю, зачем ты сгущаешь краски? Почему именно в СССР? И, вообще, с чего ты решил, что где-то там будет лучше? И где, кстати, — там? — В штатах. Кира, по европейским меркам, мы с тобой ещё люди даже не среднего возраста. Давай уедем, начнём всё сначала, отдадим Артёма в нормальный колледж. — Иван, это всё слова! Ты хочешь стать таким же, как наши общие знакомые — вечно озлобленным эмигрантом, который сидит ежедневно в сети и выискивает, что ещё такого плохого случилось в России? Смакует все эти подробности с единственной только целью, чтобы оправдать свой отъезд! Видите, что происходит!? А я вам говорил, что нужно валить!

— Всё это одна и та же МГИМОшная тусовка, только разных лет выпуска. <...> — Интересно, а режиссёру у Игнатьева деньги брать не западло? — Западло — это когда жить не на что, а здесь все привыкли жить хорошо. — Здесь «условному противнику», как нам в высшей школе говорили, даже делать нечего... Ему даже не нужно заниматься идеологической обработкой. — Слава Богу, — не война. — А если мы накануне? <...> — Ты опять про войну? — Да не про войну, Кира, атмосфера предательства — страшнее.

— Я убью любого, кто сделает тебе больно. — Тогда начни с себя.