Криган Старк

Маленькие мальчики со временем становятся взрослыми мужчинами, и младенец впитывает ненависть с молоком своей матери. Надо покончить с этими врагами сейчас, или те из нас, кто не будут в могилах через двадцать лет, пожалеют о нашей глупости, когда эти малыши возьмут мечи своих отцов и пойдут вершить месть.

Великому мейстеру Орвилю повезло меньше, так как ранее он признался под пытками в том, что передал яд Косолапому. – Милорд, я не знал, для чего это было, – протестовал Орвиль. – И вы не спросили, – сказал лорд Старк. – Вы не желали этого знать.

Другие начали эту войну, говорил лорд Криган, но он намерен закончить её, пройдя дальше на юг и уничтожив всё, что осталось от зелёных, которые посадили Эйгона II на Железный трон и боролись за него. Он низвергнет Штормовой Предел, а потом пройдёт сквозь Простор до Староместа. Как только Хайтауэры падут, он поведёт своих волков на север вдоль берегов Закатного моря, чтобы посетить Утёс Кастерли. – Смелый план, – осторожно сказал великий мейстер Орвиль, когда услышал его. Грибок предпочитает слово «безумный», но добавляет: «Эйгона-Дракона тоже называли безумным, когда он говорил о завоевании всего Вестероса». Кермит Талли отметил, что Штормовой Предел, Старомест и Утёс Кастерли были так же сильны, как и Винтерфелл Старка (если не сильнее), и не проиграют легко (если вообще проиграют), молодой Бен Блэквуд согласился и сказал: – Половина ваших людей умрёт, лорд Старк. Сероглазый Волк из Винтерфелла ответил: – Они умерли в тот день, когда мы выступили в поход, мальчик.

Даже Парням не удалось избежать гнева лорда Кригана, хотя они якобы были его союзниками. – Вы что, младенцы в пелёнках, раз позволяете себе морочить голову цветами, праздниками и ласковыми словами? – ругал их Старк. – Кто сказал вам, что война окончена? Косолапый? Или Змей? Потому что они хотят этого? Потому что вы выиграли свою маленькую победу в грязи? Войны заканчиваются, когда побеждённые преклоняют колено, и не раньше.

Когда принц пожелал узнать, почему его не выпускают, Старк ответил, что это для его же безопасности. – Этот город – гадючье гнездо, – сказал ему лорд Криган. – При дворе полно лжецов, перебежчиков и отравителей, которые убьют вас так же быстро, как убили вашего дядю, чтобы удержать свою собственную власть. Когда Эйгон стал возражать, говоря, что лорд Корлис, лорд Ларис и сир Перкин друзья, лорд Винтерфелла ответил, что ложные друзья более опасны для короля, чем любой другой враг, и что Змей, Косолапый и Блоха спасли его только затем, чтобы использовать и править Вестеросом от его имени.

– Перевёртыш однажды – перевёртыш навсегда, – сказал лорд Криган. – Ты восстал против своей законной королевы и помог изгнать её из этого города, что привело её к смерти, возвел на её место своего оруженосца, затем предал и его, чтобы спасти свою никчёмную шкуру. Государству будет лучше без тебя. Когда сир Перкин возразил, что он был помилован за эти преступления, лорд Старк ответил: – Не мной.

Чёрная Али, охотница, объездчица лошадей и несравненная лучница, была далека от женской мягкости. Многие думали, что она того же рода, что и Сабита Фрей, потому что они часто составляли друг другу компанию и, как известно, делили палатку во время похода. Тем не менее, в Королевской Гавани, сопровождая своего молодого племянника Бенджикота при дворе и в совете, она встретила Кригана Старка и полюбила строгого северянина. И лорд Криган, который вдовствовал уже три года, ответил ей взаимностью. Хоть Чёрную Али никто и не называл бы королевой любви и красоты, её бесстрашие, упрямая сила и дерзкий язык пришлись по сердцу лорду Винтерфелла, который вскоре начал искать её компании в зале и во дворе. «От неё пахнет древесным дымом, а не цветами», – говорил Старк лорду Сервину, который считался его близким другом.

И когда леди Алисанна пришла просить, чтобы он дал ход указу принца, лорд Старк выслушал её. – Зачем мне это делать? – будто бы спросил он, когда леди изложила свою просьбу. – Ради королевства, – ответила она. – Для королевства будет лучше, если предатели умрут. – Тогда ради чести нашего принца. – Наш принц – дитя. Ему не должно вмешиваться в это. Веларион навлёк на него бесчестье, и теперь до конца дней будут говорить, что его возвело на трон убийство. – Ради сохранения мира, – продолжала леди Алисанна. – Ради всех тех, кто непременно умрёт, если Алин Веларион решит мстить. – Есть и худшие способы умереть. Зима пришла, миледи. – Тогда ради меня, – сказала Чёрная Али. – Исполните эту мою просьбу, и я никогда не попрошу другого. Сделайте это, и я буду знать, что вы столь же мудры, сколь сильны, столь же добры, сколь неистовы. Дайте мне это, и я дам вам всё, что вы пожелаете у меня попросить. По словам Грибка, лорд Криган нахмурился в ответ. – А что, если я попрошу ваше девичество, миледи? – Я не могу дать вам то, чего не имею, милорд, – ответила леди. – Я потеряла своё девичество в седле, когда мне было тринадцать. – Некоторые сказали бы, что вы отдали лошади дар, который по праву должен был принадлежать вашему будущему мужу. – Они глупцы, – парировала Чёрная Али, – а то была хорошая лошадь, лучше многих мужей, что я видела. Её ответ пришелся по нраву лорду Кригану, который рассмеялся и ответил: – Я постараюсь запомнить это, миледи. Хорошо, я выполню вашу просьбу. – А взамен? – спросила она. – А взамен я прошу всю вас отныне и навеки, – торжественно сказал лорд Винтерфелла. – Я прошу вашей руки. – Рука в обмен на голову, – усмехнувшись, произнесла Чёрная Али… и Грибок уверяет нас, что она ждала этого с начала разговора. – Я согласна.