Крис Гарднер

— Крис, что бы вы сказали, если бы некто явился на собеседование без рубашки, его взяли. Что бы вы сказали? — Что на нем, наверное, были шикарные брюки.

— Сын, никогда никому не позволяй говорить, что ты не сможешь это сделать! Даже мне не позволяй! Хорошо?! — Да! — Если у тебя есть мечта, ты должен ее защищать. Если люди не могут чего-то сделать в своей жизни, они скажут, что и ты не сможешь сделать этого в своей жизни! Если ты хочешь чего-то — иди и возьми!

Знаешь, есть игры, в которые интересно играть впервые — дальше неинтересно.

— Завтра вы приступаете к работе. Поздравляю, Крис! Все оказалось легко? — Нет, сэр. Отнюдь нелегко...

Я все еще помню тот момент. Они были все так чертовски счастливы, почему же я не мог... Не мог выглядеть счастливым?!

В детстве, когда я получал отличные оценки, то думал о том, каким выдающимся человеком я стану... И которым так и не стал...

Тут-то я и задумался о Томасе Джефферсоне, о Декларации независимости, о той ее части, где говорится о праве на жизнь, свободу, стремлению к счастью. Почему он писал именно о стремлении? Может, счастье в принципе недостижимо? И что бы ты ни делал, как ни старался, оно ускользает?..

Эта глава моей жизни, этот краткий её абзац — называется счастье...

Счастье — это то, чего, возможно, мы так и не найдем, хотя всегда будем искать, несмотря ни на что, наперед мы этого не узнаем.

Я такой человек, что если задать мне вопрос, на который я не знаю ответа, я отвечу, что не знаю. Но, поверьте, я знаю, как его найти, этот ответ, и я его найду. Разве это не главное?