Мадлен Ашер

А все эти тупые людишки, Родерик... Не хочешь лигадон — не покупай. Не хочешь подсесть — не налегай. Их злит, что мы сделали его доступным и желанным. Болваны, это наша работа! Эти людишки... Сперва они хотят дешёвый обед за пять минут, а потом ноют, что он из дерьма и пластика. В Макдональдсе бы подавали только салат с капустой, если бы люди его жрали. Он там есть, но его не покупают. Мы займёмся исследованиями СПИДа, диабета и болезней сердца, но сперва придумаем, как заставить стоять старческие члены на пять минут дольше. Какова доля рынков у вялых членов, Родерик? Шестьдесят, семьдесят процентов рынка у фарминдустрии? В том году Пентагон потратил на Виагру восемьдесят три миллиона. Тем временем долбанный верховный суд делает своё дело: отменяет конституционное право женщин на аборт, отнимает у них не только выбор, но и будущее, потенциал. Мужчин мы превращаем в осеменителей, а женщин — в фабрики, производящие что? — нищую рабочую силу. Которая будет тратить что? — то немногое, что зарабатывает на потребление. А какие желания мы им внушаем? — дома, что им не по карманам. Машины, отравляющие воздух. Одноразовый пластик. Одежду, которую шьют голодные дети в странах третьего мира. И они так сильно хотят всего этого, что умоляют, кричат, настаивают. И проблема... в нас? Эти тупые чудовища, эти стяжатели, эти жадные пасти. Они обвиняют во всём нас с тобой. Они сами изобрели нас. Они всегда нуждались в нас. Так что нам с тобой стеснять нечего, братик. Пора платить. Так не будем прятаться в подвале, как будто нам есть чего стыдиться. Нет. Не нам. Мы с тобой против мира. Пусть явится сама смерть! Если ей нужна чёртова Мадлен Ашер, пусть сначала посмотрит мне в глаза.

Когда я выясню, кто стучит властям, сраным властям, на собственную семью, судиться будет уже не с кем. Ответчиком будет кровавая лужа в дизайнерских туфлях.

— Гадко. — Это мужчины. — Не понимаю, зачем ты вообще к нему пошла. — Посмотреть ему в глаза. Теперь я знаю, кто наш противник: тестостерон, гордыня, лосьон после бритья. Мне полегчало.

— Боже! Я думала, что ты притворяешься. Строишь из себя домохозяйку, чтобы иметь крышу над головой. Раздвигаешь ноги или сосешь пару раз в неделю, и на работу ходить не нужно. И я думала — умница, ловко устроилась, но... Ты и вправду такая. Так ведь? Я думала, такие только в кино бывают. — Ты такая жалкая, Мадлен. — Твой ребёнок плачет.

Умницы, которые Вам не дают, Вас не возбуждают, а становятся соперницами. И что тогда? Вы их унижаете.

Брось. Сокровища, что это вообще? Золото — это просто приходящий металл, ничего особенного. Даже деньги уже просто единицы и нули. Это ложь, с которой все согласны. Мы построили жизнь, привилегированную жизнь из ничего кроме грязи, травм, пустых карманов и разбитых сердец. Мы смогли. И мы делали важные вещи. Вели бы мы себя иначе, если бы поверили, что та женщина реальна? Остался только этот вопрос.