Марина Нарочинская

— Что случилось-то? Всё нормально было. — Да, было нормально. Не знаю, частичная отслойка плаценты, массивная кровопотеря... Думаю, литра два, не меньше. По УЗИ подозреваю матку Кувелера. — Это что значит, матку надо удалять? Да? — Мы должны спасти и её, и ребёнка.

— Информация для тебя есть. — Какая? Хорошая, плохая? А то у меня лимит говна на сегодня исчерпан.

— Зачем Герасим утопил свою Муму? Ну что плохого она сделала ему? — Брагин, если что — я плавать не умею. — Ничего, не дрейфь, ты же с мастером спорта. — По какому виду? По гребле? — По грёбле...

— Слушай, Брагин, у меня вообще такое ощущение, что все несчастья на тебя посыпались после того, как ты со мной связался. — Что значит — связался? Я полюбил тебя...

— Это что? — Ну, что ты замерла-то? Тут гость. Будем налаживать отношения, дружить, так сказать, против нового начальства.

— Откуда такая страсть к гостиницам? — А ты, что, хочешь в кино сходить, на заднем ряду поцеловаться? Здесь дёшево, недалеко от работы. — А у меня еще ближе и бесплатно. — А у тебя бардак!

— Куликов избавил нас от своего присутствия. Чувствую себя каким-то предателем. Ты довольна? — Честно? Да. — Чего ты злишься? — Да не злюсь я, Брагин, ну я, правда, искренне не понимаю, почему с тех пор, как мы с тобой решили жить вместе, эта квартира превратилась в гостиницу. Какой-то вечный День открытых дверей! — Человека выкинули из дома... — За дело. — Ну, хорошо, даже если за дело, что же теперь его оставлять в беде? — Брагин, в какой беде? Ну в какой беде? Башкой ему надо было думать. — Ну хорошо, человек один раз подумал не башкой, а другим местом. — Один раз? — Ну не один. С каждым бывает. Что ж ему теперь на вокзале ночевать? — Почему ты решил, что это наша с тобой проблема? — Ну, ладно. Пусть это будет моя проблема. Здорово мы с тобой живём. У тебя свои проблемы, у меня свои. Отлично для людей, которые хотели построить свою семью. — Олег, только не надо передёргивать. Ты вообще представляешь, насколько мне сейчас хреново? Я имею право на личное пространство в своей собственной квартире хотя бы в такой момент? Имею? — Я что тебе мешаю? Мне уйти? — Да что ты все «я», «мне», «меня»? Чего ты своими проблемами только занят? А нет, извини, ты ещё помогаешь в беде Куликову, у него же БЕДА, он «налево» сходил. А у меня может быть рак, Брагин. Разницу чувствуешь. Проблемы.

— Это как-то не правильно. По телевизору смотришь, кажется, что это где-то далеко... Не с тобой, с кем-то другим происходит. ... Что тебя это не касается. По-человечески так не должно быть. — Вы хотите со мной о политике поговорить? — Нет, об этом конкретном человеке. Он из-за этой проклятой войны не смог вовремя получить медицинскую помощь, а сейчас может остаться без ноги или умереть.

— ... Ты так спокойно об этом говоришь. — Усилия унижают человека.