Марко Данилович Дергач

— А ну-ка, пойдём выпьем! — Не, не пью. Печёнка болит. — Печёнка болит? Это у тебя от жадности. Жадный ты, вот она у тебя болит!

— Да что с тобой, Гордей? Что ты такой унылый? Со свадьбой все расстроилось? — Какая свадьба?! На ком вы все меня тут жените? На этой вон дамочке, которая все танцует и смеется? — Что ты? Что с тобой, Гордей? — Эх, Марко, ты же помнишь, как я страдал до войны, как я мучился. И вот старое опять вернулась. А чем мне отвечают на сегодняшний день? Чем? Хомут одела! Стыд, позор и насмешка! Птичницы ее там, курятницы всякие песенки про меня сочиняют. При районном руководстве, при самом Денисе Степановиче, ишаком обозвала! И все насмешки, хихоньки да хахоньки. — И ты стерпел, Гордей, ты стерпел? — А что я могу? Ведь она женщина. И опять же в сердце старое вернулось.