Меган Хант

То, что вы слышали обо мне — ерунда. Правда гораздо ужаснее.

— Говорят, вы прежде были знаменитым нейрохирургом. — Да, была. — А почему теперь здесь? — Невозможно убить того, кто умер!

— И к приходу Лейси вы составили этот график? — Он будет беседовать с каждым из вас. Я простосоставила список вопросов, которые ей, возможно, захочется задать. — И список наших ответов тоже? — У меня нет мании контроля!

— Слушайте, что вы там вытворяли? — Ну хороший коп — плохой коп... — Вы не коп! Вы эксперт. Вот идите и экспериментируйте в морге...

Тело — это доказательство, и оно расскажет вам обо всем. Необходимо только терпение.

— Ну, как я вам? — Для врачебной практики, как хирург, Вы не подходите. Все ваши пациенты, это будущие жильцы кладбища. — Спасибо. Я судмедэксперт. И у меня ни одной жалобы от пациентов на мои операции...

— Все ответы здесь. Я уважаю это тело и оно расскажет нам обо всём. — Мы не ищем причины... — Вы — нет. А я ищу.

Живя в сердцах тех, кто остался, мы смерти избегаем.

Из-за работы я лишилась дочки... Потом лишилась и работы...

— Ваше сочувствие это искреннее или попытка загладить вину, за то, что на вашем столе умер пациент? — Это не просто тела, это история человеческой жизни. И мы можем её прочитать.

Трудности закаляют. Свободу и силу для взлета дает не попутный ветер, а встречный.

— Послушайте, я просто стараюсь наладить взаимоотношения с дочерью. Ясно? — Вы попробуйте просто провести время с ней...

— Будьте людьми! Спрячьте все кровавое. — Сделать это в морге непросто!

— У Вас есть друзья? — А что? — Найдите. Невозможно всё время и везде сражаться со всеми в одиночку.

— Вы что-то видите? — Гораздо важней то, чего я здесь не вижу. — А это что такое? — Пока не знаю, но я нашла это у него в сердце. Да, и он был мертв, когда его переехали.

— У меня ещё ни с одним судмедэкспертом не было таких заморочек! — У нас уже есть общее мнение?!