Морти Смит

— Где секс-робот, Морти? — Это и есть Гвэндолин... то есть робот. Она начала пищать, а потом трансформировалась и пыталась улететь. — Странно, обычно так мужики делают.

Теперь надо делать всё с полной уверенностью. Я уверен, что нам полный мандец!

— Может, остановимся? Ты выпьешь кофе, или мы плеснём воды тебе на лицо... — Не-не, если бы я хотела быть трезвой, я б не пила.

— Знаешь, я никого не хочу убивать. — Это всего лишь роботы, Морти! В роботов можно стрелять. [Морти стреляет в ногу] [— Он отстрелил мне ногу! — Глен истекает кровью! Срочно оповестите его жену и детей!] — Они не роботы, Рик! — Это было образное выражение, Морти. Они бюрократы. Я их не уважаю.

— Мы можем здесь находиться. Вы же не президент Амазонки. — Да, нам в школе рассказывали о вашей должности. Вы — слуга народа. Чисто технически — мы, ваши начальники.

— А что будет с реальностью, где мы всех убили? — А что будет с реальностью, где Гитлер вылечил рак? Ответ — просто не думай о этом, Морти.

Знаешь, родители — это просто дети, у которых есть дети.

Никто не существует по определенной причине, никто ни к чему не привязан, все однажды умрут, пойдем посмотрим телек.

— Чего вообще такого особенного в этих семенах? — Ты задаешь слишком много вопросов, Морти. Это не харизматично. Так ты выглядишь какой-то тряпкой.

— Ты знаешь, сколько положений кодекса ты сейчас нарушил? — О, нет, блин! Да что я могу знать о том, что знаю?

— Тебе надо направить энергию в другое русло. Вот как насчёт танцев? Ты хочешь научиться танцевать? — Я хотел бы станцевать... на могилах своих врагов!

— Ого, где это мы, Рик? — Морти, помнишь, 8 секунд назад ты спросил: «Внутрь чего?», и я сказал: «Внутрь аккумулятора»? Потом мы оказались здесь, и я НЕ сказал: «Ого, как неожиданно! Я совсем этого не ожидал, Морти, что за путаница?!»... — Ладно, мы внутри аккумулятора, я понял, не подкалывай.

— То есть целая планета вырабатывает для тебя электричество? Это же рабство! — Это общество. Они работают друг на друга, зарабатывают деньги, строят дома, строят семью, рожают детей, которые потом встают на место тех, кто слишком стар для работы. — Это то же рабство, только усложнённое! — Улала, кому-то перепадёт в колледже.

И ещё, пап, стучись в следующий раз, ладно? В смысле, я тут сижу, с компьютером, мне 14... понимаешь?

Я хочу, чтобы у тебя была нормальная жизнь... Но ничего такого не светит, когда объявляется Рик. Всё настоящее становиться фальшивым, всё правильное неправильным. Ты знаешь лишь то, что ничего не знаешь. А он знает всё.

— У меня теперь новая фразочка! — Правда? И какая же, Рик? — «Я люблю своих внучат». Обманочка! Фиг там! Моя новая фраза — это «Мне на всё по*уй!»