Найджел (Nigel)

— Она сказала почему? — Да. Она подробно объяснила, как пришла к этой мысли, а потом мы поболтали о косметике и о фабрике звезд. — Неплохо сказано!

Что, личная жизнь не ладится? Так всегда бывает, когда преуспеваешь в карьере. Скажи, когда всё совсем пойдёт прахом — это верная примета к повышению.

— Вы в этом уверены? — Нет, но я надеюсь на лучшее. Вынужден...

Вы думаете, это просто журнал? Нет, это не просто журнал. Это сияющий светоч в темноте для... Скажем, для мальчишки, который рос с шестью братьями и вместо футбола ходил на курсы кройки и шитья, а по ночам читал «Подиум» с фонариком...

Рост маленький — огромное эго.

Хочешь допросить меня сейчас или после обеда?

Один Бог знает, сколько времени на тебя угрохают в отделе красоты.

Кукурузный супчик? Любопытный выбор. Кукуруза, между прочим, приводит к развитию целлюлита.

— Чёрт... — О, не переживайте, уверен, у вас в шкафу ещё немало всякой синтетики. — Ладно. Вы считаете — я ужасно одеваюсь? Но я не собираюсь всю жизнь работать в журнале мод, так что я не вижу смысла менять свой облик только потому, что здесь работаю. — Да, это верно. Ведь в конечном счёте многомиллионная индустрия моды на что направлена? На красоту души.

— Говорят, Миранда заменила статью о жакетах на фото, отснятые в Сидоне. Во что мне это встанет? — Примерно, в триста тысяч. — Видимо, хреновые были жакеты.

За эту должность многие отдали бы всё на свете, а вы до неё снизошли. И недоумеваете, почему она не целует вас в лобик и не выдаёт вам золотую звёздочку в конце дня. Опомнитесь, детка.

Что за жалкое существо? У нас что, новая рубрика «До и после»?

— Значит, из-за того, что она поджала губы, он целиком изменит коллекцию?! — Ты еще не поняла? Все полностью зависит от ее мнения.

Вы не стараетесь, вы ноете.

— Здесь что, вообще не едят? — Да, с тех пор, как второй размер стал четвертым, а нулевой — вторым. — У меня шестой. — А, старый четырнадцатый.

— Какое красивое платье! А оно на меня налезет? — Конечно! Намажешься мылом, и всё будет в полном ажуре.