— Мы с вами не сёстры милосердия, Сергей Павлович. А государственные тайны не предмет для экспериментов. — Честно говоря, я вас не понимаю или наоборот понимаю, но это ещё хуже. Вы что, предлагаете оставить их на орбите, а? Я правильно вас понял? — Идёт война. Холодная, но вполне реальная. Что будет, если они сядут в Европе или, не дай Бог, в Китай залетят? Вся подноготная нашей космической программы окажется в руках врага. — И что? Им погибнуть просто так вот? На всякий случай? Чтобы, не дай Бог, не улететь куда-нибудь не туда? — Они солдаты! А солдатам приходится умирать. Ради интересов своего государства. — Понятно. Да, хорошо. Мысль не новая, но конструктивная. Спасибо, спасибо... Я видимо буду думать над этим...
— Как это — в шестьдесят пятом? Почему?! Речь же шла о шестьдесят седьмом!.. — Потому что американцы перенесли свой полёт. Теперь они планируют выйти в открытый космос раньше нас. Допустить этого мы не можем. — А допустить в космос неготовое изделие с буквами СССР на борту — можно? Обосраться перед всем миром — можно?!
