Если вы роза, мадемуазель, то я зеркало. Я преподношу себя ему. Разбиваюсь на осколки каждый день. Иногда он сам режется о мою боль. Но, думаю, он считает, что это того стоит. Пока что.
Знаю, что некоторые используют любовь в своих интересах, но, я думаю, даже тогда… она всегда что-то скрывает. Невозможно быть обнажённым и получать удовольствие, не показав хотя бы часть настоящего себя. И мне, как человеку, выросшему среди обмана, эта… откровенность всегда казалась красивой.
— У меня есть ощущение, что я тот, кто открыл вас, хотя я знаю, что это не так. Это похоже на созерцание “Моны Лизы” — каждый раз, вглядываясь в неё, видишь новое таинство. У вас есть тайны, Рене. Я жажду раскрыть их. — А что, если я скажу вам, что сперва придётся раскрыть мне свои собственные тайны? — Ах, но я ведь уже сделал это.