Р. М. Ренфилд (R.M. Renfield)

— Я могу спросить? — Если скажу «нет», тебя это остановит? — Наверное, нет. Вы еще долго будете здесь сидеть? Сэр? — Я разрешил спросить, это не значит, что я хочу отвечать.

— Зачем добиваться девушку через Харкера? Вы в силах просто взять ее и все. — Я не могу. Знаю, это звучит абсурдно, что такой, как я, не может наступить на нормы морали. Забрать эту девушку, сделать ее такой, как я — это просто омерзительно. Нет, Ренфилд, я не могу. Я не смогу... взять.

— Могу я задать вопрос, сэр? — Лучше бы не задавал, но я ведь знаю — все равно спросишь.

— Я нанялся на фирму в Сент-Луисе, меня отправили на Запад решить встречный иск. Клиента не устроила моя раса. На меня напали бандиты и я оказался в тюрьме за самозащиту. <...> Я благодарен вам, сэр. Разрешите узнать, почему вы так поступили? — Ты адвокат высшего уровня, Ренфилд. Мне нужен адвокат... Я тоже знаю, что значит жить в одиночку. За пределами, так называемого, общества. Лучше, чем ты можешь себе представить.

Мина Мюррей заполонила ваше сознание. Из-за нее вам все сложнее скрыть ваше истинное лицо. Она заставляет вас ненавидеть самого себя — Дракулу. Но, не будучи Дракулой, вы не сможете одержать верх над Орденом.

— Время залечит все раны. — Не все. — Вы правы, сэр. Но всегда есть способ унять боль.

— С этого дня — вы американский промышленник. — Теперь на моей стороне Бог, револьверы и бурбон.

— Мистер Грейсон, вы же играли в покер раньше? — Играл, мистер Телфорд, много раз. — Совсем не скажешь, по вашей нерешительности. Вы пасовали десять раз подряд. <...> — Как провели вечер, сэр? — Подозреваю, что мистер Юэн Телфорд Третий сейчас занят тем, что объясняет мамочке и папочке, как он умудрился проиграть в карты свой бизнес.

— Она охотница на вампиров. — Ренфилд, я не только смогу избежать ее подозрений, но и получу то, что она не давала еще ни одному мужчине. — Ее любовь. — Нет, нечто более ценное — ее доверие.

— Вы окружены тайнами, мистер Грейсон. Это я вижу, но мое призвание и доброе имя требуют сказать вам, что я могу работать только на того, кто мне полностью доверяет. — Тогда ты узнаешь все мои секреты. И твоя жизнь изменится навсегда.

— Тут явно замешан высший совет. Это их трусливая тактика нападать на жен и детей своих врагов. — Сэр, я знаю... — Жечь кислотой! Уничтожить ее красоту, изуродовать ее. Не так человек будет искать мести за смерть своего сына. А вот свора вандалов, хорошо мне известная — да!

Мой ум, как камень на моих плечах.

— Сегодня со мной случилось нечто необычное. <...> Я совершил поступок, который принес другому радости больше, чем мне. — Кому? — Харкеру и Мине Мюррей. <...> Я свел их вместе, и судя по всему, они поженятся. — Значит, добрый поступок? — Да. Я должен быть в ужасе, но по правде, мне нравится это ощущение. — И все же? — И все же. — Свести вашего подчиненного и мисс Мюррей, значит, держать ее в своей орбите. Как гравитация — близко, но не слишком близко. Мудро было бы отпустить ее. — Иногда ты чересчур умный.

— В самое первое утро, после обращения в вампира, солнце обожгло мне кожу. Не знаю как, но я понял, что никогда уже не буду прежним. — Что вы сделали? — Разорвал глотку тому священнику. — Значит, утро удалось, судя по всему. — Бывало и хуже.