Рэйчел Эрл (Рэй) (Rachel Earl)

Бывают времена, когда я не могу заткнуться, когда миллионы слов вырываются из меня за считанные секунды. Миллионы слов, которые ничего не значат. Но когда я хочу найти самые важные слова, я не могу вымолвить ни слова. Такие слова, как «Я скучаю», «Я люблю», «Мой мир рушится без тебя, ты мне нужен».

И тут я все поняла. Эти девчонки вовсе не друзья. Просто Стейси окружила себя людьми с изъянами и, разоблачая их перед всеми, чувствовала себя лучше других.

— Я не могу есть перед людьми. — Почему? — Потому что если я буду есть вредную еду, люди подумают «О! Только посмотрите на эту жирную корову! Не мудрено, что она такая». А если я буду есть здоровую еду, то они подумают:»Ха, кого ты тут пытаешься надуть, детка? Тебя не от салатика так разнесло».

Если чай делает всё лучше, мне нужен океан чая. Мне нужен весь чай в Китае.

И кто сказал, что если мы сейчас не вместе, мы никогда не будем вместе?

Никто не собирался спасать меня, я должна сделать это сама.

Я из всех сил пыталась быть тем, кто всем нравится. Но не важно, как сильно я стараюсь, я всегда буду такой же нелепой, бессмысленной дурой. Я всегда буду причинять людям боль. Я всегда буду подводить других. Мне так жаль, мам. Я ненавижу себя куда больше, чем смогла бы кого-нибудь когда-нибудь любить. Кажется, я все-таки могу похвастаться единственным достижением. Я написала самую скучную предсмертную записку в истории человечества.

Иногда все происходит именно как в сказке.

Легче полюбить себя, когда тебя кто-то любит, разве нет?

Сломанные люди иногда разбиваются вдребезги. Такое с ними случается.

Люди говорят, что просыпаясь от кошмара, они чувствуют облегчение, что это был всего лишь сон. Но, когда я просыпаюсь от кошмара, то жалею о том, что это не реальность, так как реальность намного хуже, чем кошмар в моем сне.

— Раньше я была храброй. — И что случилось? — Жизнь случилась.

Если кто-нибудь найдет этот дневник, прочитает и подумает, что я сумасшедшая, он будет прав.

Ты признаёшь, что есть птицы высокого полёта. И есть другие, которые не такие. Но это не означает, что они не могут летать вместе.

В войне сучек есть только одна королева.

У меня есть чувство, к которому я не привыкла. Оно шипит, как вишневая кола, и покалывает, как поцелуй на моей шее. Я думаю, это называется счастье.