Родриго Борджиа

Знаете, что намного хуже поражения в войне или политике — это насмешки.

— Он так похож на вас... — По-вашему, мы не знаем!? Он — это я! Тот же огонь, та же ярость, энергия, безжалостные амбиции. Я смотрю на него и вижу себя! Как я могу его полюбить!? — Ты не любишь себя, отец? Мы должны ненавидеть друг друга?... Отец, прошу, открой мне свое сердце. — Все, что я мог дать семье — я возложил на алтарь властолюбия и амбиций. Храм, построенный на гнилом фундаменте. Думаешь, я позволю тебе идти тем же путем? Я не могу...

— Чезаре Борджиа разгадать сложно. — Да, загадка Сфинкса. У него король Франции в кармане, целая армия на побегушках и никто не знает, что он задумал.

Битву задумывают генералы, но выигрывают солдаты.

Скандальная ложь заманчивее скучной правды. Обыватели верят любым слухам о знати, лишь грехи делают нас равными.

На прахе былого рождается будущее.

— Ты пришел рассказать нам о пауках? — Она [Катарина Сфорца] в сговоре против нас. — С кем? — Со всеми знатными семьями Рима. — Значит, пора действовать: оторвать эти шелковые нити от источника, от великой арахны. И преподать ей урок страшной, элегантной мести. — Месть может быть элегантной? — Да. И красноречивой.

Мужчину определяют не страдания, которые он вытерпел, а то, что он из них вынес.

Нужно знать врагов, даже лучше, чем друзей.

Чем был бы Рим без хорошего заговора?!

Мудрый правитель всегда окружает себя подобающими союзниками.

Искусная ложь действует сильнее, чем грубая правда. Народ верит в жестокость и алчность знати, наше падение придает бедным ощущение равенства.

— А ты молчи, ни слова. — Я ничего не говорил! — Мы слышали твои мысли.

Люди не испытывают особой симпатии к тому, в ком видят своё отражение.

Мы, Борджиа — и есть Рим!

— Французский посол ждет, Ваше Преосвященство. — Боже, он еще жив? — Даже не болен.