Саманта Кейн (Чарли Бэлтимор)

Повара это умеют.

Жизнь — это боль. Привыкай к этому!

– Добрый вечер, красавица. Может познакомимся поближе? – Нет, спасибо. Подожду пока изнасилуют. – В переулок. Я не прошу, я приказываю.

— Когда ты вернёшься? — Глазом моргнуть не успеешь. Возьми, пусть свеча в твоем окне всегда горит для меня. Словно маяк в ночи. Ясно? Пусть она осветит мне дорогу домой.

Я занималась этим раньше! Я шеф-повар! Яхуу!

— Вот что, из всех рождественских маскарадов, которые я видела, этот — самый оригинальный. — Сэм, три девчонки в роли трёх волхвов! Чего ты ожидала? — А почему не парни? — Думаю, они справились. — Впервые вижу, чтобы Иосиф весь спектакль пялился на груди волхвов.

Я пристрелила его. Он — труп. Я бы сделала это раньше, где-то в девяносто втором, но была занята выпечкой. Не спрашивайте ни о чём. Я выхожу из тени. Готова к новому заданию.

– Эй, Митч. Ты очнулся. О-о! Ты истекаешь кровью. Вот. Смотри сюда! [распахивает свой халат, показывая обнаженное тело, и срывает ему пластырь с раны] – Чёрт! Чертовски больно! – Знаю. Поэтому я сначала тебя отвлекла. Принцип дефлорации девственницы. – Что? Девственницы? Что? – Из книги Гарольда Роббинса. Парень укусил её за ухо и отвлёк от боли. Не пробовал никогда? – Нет! Я обычно бью в челюсть и цитирую Библию.

Меня зовут Саманта Кейн. Я так думаю. Вы можете не поверить, но я родилась восемь лет назад на пляже в Нью-Джерси. Я родилась уже взрослой, в одежде, которую не помнила. В кармане был ключ, без лица и без прошлого. Удачная метафора, но от этого мне не легче.

— Восемь лет назад этот парень был в списке на убийство по политическим мотивам. — Сокращение бюджета, дорогая. Конгресс урезал финансирование наших операций за рубежом. Я был вынужден обратиться за помощью к любым источникам, даже если это значило принять на службу плохих парней в кавычках. — Сокращение бюджета? Так вот ради чего все это? Вы занимаетесь сбором финансирования. — Сбор финансирования? — 1993 год. Взрыв во Всемирном торговом центре, помнишь? Во время судебного процесса один из террористов заявил, что ЦРУ знало о готовящихся взрывах заранее. Дипломат, который выдал визы террористам, работал на ЦРУ. Таким образом они расчистили дорогу для террористов исключительно для того, чтобы оправдать увеличение своего бюджета. — Вы утверждаете, что вы можете подделать террористический акт, просто чтобы заставить Конгресс испугаться и выделить вам больше денег из бюджета? — К сожалению, нельзя подделать убийство 4000 человек. Поэтому нам пришлось совершить это по настоящему. О, конечно же, возложив вину на мусульманских террористов. И вслед за этим я получил мое финансирование.

— Чёрт. Ненавижу ожидание, мать его. — Простите. Вы всегда так ругаетесь? — Вы, что, мормон? — Именно! Поэтому я только что выкурил целую пачку и выпил три водки с тоником... Я к тому, что когда мы познакомились, худшее, что вы могли сказать, так это: «Боже, у меня подгорели оладушки». Теперь же вы заходите в бар, и через десять минут у матросов вянут уши.

— Доброе утро, Рэймонд. — Доброе утро, мисс Кейн. — Что я тебе говорила насчёт вреда от курения сигарет? Дай сюда. [затягивается сигаретой и возвращает пареньку] Спасибо. Расскажешь кому-нибудь, что видел меня, разнесу тебе башку. — Чёрт. Проклятье! [парень обмочился от вида преобразившейся Саманты с винтовкой, и отбросил сигарету]

— Вы с Хэлом уже пару лет вместе? И как часто вы с ним... — Играем в игру «входит и выходит»? При любой возможности.

— Ладно, я тебе верю. Ты — натренированная убийца. Я едва сдерживаюсь, чтобы не заржать. Значит, Саманта... — Никогда не существовала. Как сказал Натан, она полная фикция. Я придумала её. — И теперь она исчезла раз и навсегда? — Слава Богу. Посмотри на мой толстый зад. Что она сделала со мной? <...> Сменим тему, лучше дай мне бутылку. — Держи. Допивай. И что дальше? Что будем делать? — Я свяжусь с Советом. Пройду инструктаж, выброшу восемь лет из головы и вернусь к работе. Твоё здоровье. Чин-чин! [ловко опрокидывает стопку текилы]

Привет, девочки. Кейтлин, помоги мне на кухне. Быстрее, а то я забыла, где она. Бам!