Сергей Михайлович (Михалыч)

Как же мне, Сережа, не беспокоиться, когда вы на ровном месте, на бильярдном столе, можете яму с говном найти и в ней утонуть.

— А ты вообще учился? — Да... <...> — На очном? — Очном. — А если ты на очном учился, что ж ты мне, архитектор, такую ванную сбацал, а? — Сергей Михалыч, дизайн такой... — Дизаааайн?!

Слушай ты, если ты мне, Церетели, такой же камин сделал, как ванну, — я тебя в ванной не утопил, я тебя в камине точно сожгу.

— Мы тут, это... впросак попали чуть-чуть. — Серёжа, а ты знаешь, что такое «просак»?

— Пороть вас надо! — А вас-то пороли? — Меня? А как же. Пороли. А ты думаешь почему я такой стал, а? — А я считаю, что детей пороть нельзя. Вот меня отец тоже порол, а чё хорошего? Я до сих пор очень хочу его убить, и ещё кого-нибудь заодно.

Ну вот и усё! Карачун тебе, Церетели!

Ну если ты видишь, что ситуация накаляется, ну переведи ты стрелку на другой день.

Обосретесь еще раз, вот при ребенке говорю, огорчусь.

А кто вам сказал, что вас, ребята, подставили? Вас КИ-НУ-ЛИ!

— Чё ты там смастерил? — Гроб. — Кого? Гроб? Да ты что, мать заругает... Да у тебя целое кладби́ще!

Судак ты белоглазый, отмороженный!

Ну, давай, бомби.