Стэн Миллер

Моего заместителя? Я ушёл с должности, но от Ларри проку как пятой ноги у собаки, но его семья владеет этим зданием. Потому списав его в утиль, мне бы пришлось перевезти управление в здание пожарных, а это такое гнездилище говноедов, мама дорогая! Ну с каких это пор, героем можно стать, всего лишь размахивая своим шлангом?! Чушь это всё!

— Денниз, это с ним ты ходила за черникой? — Нет, он казался таким милым козликом. — Ого, да как и все они. Милая, мы в осаде как в фильме «Зулусы». Пригнись и проверь все окна, а я пошёл за чёрными капсулами. Нутром чую. Это уже не «Зулусы», это уже «Челюсти». Он [ Бафанет — гонец чёрной вуали. Он плут, хитрый обманщик] всё кружит и кружит, шаманит ночь только над домом, уже так темно, а ведь сейчас середина дня.

— Знай! Знай, знай козла своего! Зверь идёт, зверь наступает! Горе тебе, Уиллард Милл. Зверь грядёт по ваши души, зверь идёт за всеми нами. Зверь многие обличия принимает. — Слушай, а этот шизик орущий про зверя, что с ним? Почему ты его не штрафовал за нарушения? — Рей, он тупой, что твой валенок. Однажды я попробовал оштрафовать его. Ты можешь невзлюбить то, что использует вместо денег... Он расплачивается го... — Ну... О, нет!

— «Неупокоеные души предаём мы заключению в могилы проклятые». На кой хрен, всё здесь блин, стихотворное. — Стэн! Помоги, она сожжёт меня заживо. — Двадцать восемь лет. Я проработал шерифом двадцать восемь лет, и меня ни разу не привязывали к столбу. А ты здесь ровно неделю... — Стэн! Берегись, сзади! — Гос-с-спади, баба! Тебе говорили, что ты похожа на пожёванную сраку? Ай! Я ненавижу эту работу.

— Ты у нас новенькая, вся в работе, как и где тебе с кем-то знакомится. На этой свиданке (спитдейтинг), буду и я, помогу отсеивать извратов. — Нет, ты не лучший детектор на психов. Это для лузеров. И меня туда не пустят из-за чудо-юдо лап. Нет. Хотя... Мне нужен кто-то с тяжёлым осуждающим нравом. — Ну, как забавно, не вижу ринга, не вижу медведя и не вижу русского, собирающегося бить медведя. Я вижу только бесконечный океан скуки, без острова веселья. — Прости, про медведя я придумала, потому как добровольно ты на быстрые свидания не пошел бы. Всё, забудь. — Я бы медведю добровольно простату помассировал, прежде чем идти на это сборище неадекватов. Ёкарный бабай! — Ну прошу, ты знаешь всех горожан. просто будешь сливать извращенцев. — Эх... драка с мишкой, об таком и мечтать не грех.

— А мне нравятся кошки, у меня даже есть специальное кошачье деревце. Я даже выращиваю, кошачью мяту. От неё все кошачьи млеют. У меня есть любимица, Китти. она всех ловко строит и держит порядок среди восьми моих кошек и котов. — Ты видела битву кошака и змеи? А я бы посмотрел, или ещё лучше как клюшку пихают в промышленный измельчитель. Кошачья метель получается. прям кошетель... Лучше бы я целый вечер слушал предыдущую об электроштепселях.

— Ёлки-палки! — А ты ещё кто? — Могу задать тот же вопрос. Я Иверен Баррет... — Разумеется, бабы только так и поступают, ты им задаёшь вопросы, они тебе отвечают вопросом. Но отвечают ли они на сам вопрос? Ни, ни на полшишечки! Нет, не-не-не! Это признак слабости. Верно же? — Вы шериф Миллер? — Вот! Ты снова так поступила? Да?