Стивен Армстронг

— Я впечатлён, Сэм. Но не удивлён... — Кто это? — Ты один из самых квалифицированных кандидатов, которые у нас когда-либо были. — Кандидатов? Я тут не ради работы, ты... — О, но ты так хорошо справляешься с нашим тестом, Сэм. — У меня уже есть работа — уничтожать таких людей, как ты. Ублюдков, которые сохраняют статус-кво, отправляя остальных умирать, сидя в своём уютном офисе, где... — Хорошо сказано, Сэм. У нас с тобой больше общего, чем ты думаешь. Поднимайся на крышу для своего последнего собеседования. — О чём ты говоришь, Армстронг? — Поторопись — не заставляй своего нового босса ждать.

— Хм, сакура цветёт... — Ага. — Похоже, вы не любитель подобного. — Неа. Меня от этого тошнит. Я знал, что команда Джонсона работает над какой-то новой пижонской приёмной, но... Господи, когда я доберусь до его слащавой задницы... Ему крупно повезёт, если он сможет вынести коробки с этим дерьмом из здания. — Хех! Всё правда на столько ужасно? Это же всего лишь деревья... — С них опадают все лепестки за неделю. Одну сраную неделю! Во всём округе только и слышно: «Ох, они такие невесомые и красивые.» Жалкое зрелище... А ты что думаешь? — Природа — просто природа: ни красива, ни уродлива. Ветер дует — лепестки опадают. Таков простой порядок вещей. — Хм... — В любом случае, Минуано, должно быть, уже близко. — Минуано? «Прохладный Бразильский ветер»? — Также известный как «Реактивный Сэм».

— У меня нет времени на это, маленький скользкий ублюдок. — Да ты издеваешься надо мной? — Играл я, значит, в футбол... — В уютненькой Лиге Плюща? — В Техасском универе! Мог бы стать профи, если бы не служба в В. М. Ф... Я не такой, как эти чёртовы уклонисты! Я мог разорвать президента пополам голыми руками! — Чёрт, да что ты такое?! — Может, подойдёшь и выяснишь?

Не шути, блъ, с сенатором!

— ... Так отправляй нам всё, что у вас есть. Мы уже начали В. Р.-тренировку. — Программу Сирса? — Да. Ту, которую мы уже использовали на Джордже и других либерийских детях. Запустите программу напрямую в мозг — тогда будут ощущения, что всё это было как по-настоящему. — Ваша работа достойна восхищения... — А вот твоя работа разочаровывает. Нам нужен корабль, прежде чем наше убежище обнаружат. Какие-то дрищи уже шныряют в округе. — Пока мы не можем обеспечить заявленное количество. К каждому мозгу нужен особый подход. Нельзя просто взять и зачерпнуть, как мороженое ложечкой. — Ладно, я тебя понял. — О! Спасибо за ваше понимание. — Высылай то, что у тебя есть сейчас. И уничтожь оставшиеся экземпляры. — Что?! Вы хоть понимаете, сколько они стоят? — Насколько я знаю, бездомные дети — не редкость в этой стране. Их миллионы. Эти дети ведут жизнь, полную голода и боли. Мы делаем одолжение им и городам, которые они загрязняют. Мы доставим тебе ещё, когда устроимся в новой лаборатории. — Но даже поиск доноров потребует серьёзных инвестиций! — Да-да, ты получишь деньги. Свяжитесь с бухгалтерией. — Спасибо, сэр. Я уверяю вас — мы избавимся от экземпляров, когда будет подтверждено финансирование. — Это всё? — У меня плотный график на сегодня... Текумсе — навязчивая сучка. Как будто Америка не настрадалась сполна. — О, да! Позвольте вас проводить.

— Сэм! Спасибо, что пришёл. — Что за игру ты ведёшь, Армстронг? Собираешься заговорить меня до смерти? — Как я и сказал, сынок: «Время твоего последнего собеседования!» Давай! — Хорошо. Давай потанцуем!

— Что ты, чёрт побери, такое? — Нам бы пригодился такой человек, как ты, Сэм. Организованная жестокость, бизнес по проведению войн — мы собираемcя положить конец всему этому дерьму. — Возможно, я недооценил тебя. — Так как насчёт моего предложения? Подашь нам руку? — Руку? Возможно... А может, мне лучше забрать твою?! — Неплохо, сынок. Но, как сказал Муссон, потеря пары конечностей нас не остановит. — Какого чёрта?! — Работа твоя. Добро пожаловать на борт!

— Я говорил, что мой меч — инструмент правосудия, используемый не в гневе и не для мести. Но сейчас я уже не так в этом уверен. И кроме того, это не мой меч. — Милый ножичек... — Поехали!

— Молодец, Джек... — Твоя мечта умрёт вместе с тобой. — Может быть, и нет. Ты — гарантия того, что статус-кво сохранится ещё какое-то время. Война продолжится уже как социальный институт, как промышленность. Люди будут бороться за то, чего они сами не понимают. За идеалы, в которые не верят... Но, по крайней мере, я оставлю достойного приемника — тебя, Джек. Ты проложил себе дорогу, используя любые средства, что попадались под руку, не позволяя грёбаным законам встать у себя на пути. Если требовалось отнять несколько жизней, ты так и поступал. Глубоко внутри мы родственные души. Ты и я...

— Как неприлично, Джек! Ты немного опоздал... как обычно. — Неплохую игрушку ты прихватил с собой, Армстронг. Но твои планы закончатся здесь. — Идиот! Ты не мешаешь нашему плану — ты его дополняешь. Давно в Интернет заглядывал? — Но... президент ведь спасён!.. — И всё же была пролита американская кровь. — Пролита американцами! Да, гибель пары десятков солдат — это печально, но ещё не причина начинать полномасштабную войну! — Это лишь искра, сынок. Предлог, которого мы так ждали. Америка жаждала этой войны годами. «Патриоты» знали, что война полезна для экономики — и четыре года спустя их наследие даёт о себе знать. Они оставили нам великие «измы»: национализм, унилатерализм, материализм — приветствуя максималистов без веры и принципов, ведущих их по жизни. «Отдай себя целиком. Нет нужды совершенствоваться, если ты уже американец — ты и так №1!» Единственная оставшаяся ценность — это ценность доллара. И мы готовы на всё ради её сохранения. Даже на войну. Особенно на войну. — Чушь собачья! — «Патриоты» посеяли семена — и теперь мы сами можем развивать их идеи. И простым их распространением мы не ограничимся. Все американцы — мужчины, женщины, дети — теперь мы все «Сыны Патриотов»! Нам просто нужно то, что подтолкнёт экономику к дальнейшему развитию. Эта рецессия является результатом падения старых «Патриотов». — Хах! А как же военные расходы? Разве трата миллиардов поможет экономике? — Ч. В. К., производители оружия... Они все работодатели, Джек. Все эти работники тратят деньги и платят налоги... Поверь мне: маленькая война может сотворить чудеса. — И смазкой для этого механизма является кровь невинных? — Расслабься, Джек. Это «война против терроризма»: мы не собираемся убивать гражданских. Экстремисты, бандиты, сумасшедшие... Конечно, это каcается и тебя. Не хотелось бы, чтобы моему стремлению помешал лишний свидетель.

— Типичный политик... Громкие обещания, а на деле — лишь пустой трёп. — Что? — «Интенсивная экономика»? Какая редкостная чушь! Ты только и думаешь о рейтингах и голосах. И о том, как набить свои карманы. У тебя нет никаких принципов, как и у всех остальных! Если даже Америка и стала кучей дерьма, то ты — лишь жалкий опарыш, копошащийся в ней! — Хорошо, давай начистоту. Ты прав лишь в одном — мне и вправду нужна столица. Хочешь знать, зачем? «У меня есть мечта»... что однажды настанет день, когда каждый человек в этой стране будет сам управлять своей судьбой. В стране истинной свободы, чёрт возьми! В стране действий, а не пустых слов! Управляемой силой, а не комитетом! Где закон меняется индивидуально, а не наоборот! Где власть и справедливость находятся там, где надо — в руках народа! Где каждый человек свободен думать и действовать! К чёрту всех этих юристов-импотентов и дерьмовых бюрократов! К чёрту эти круглосуточные интернет-срачи о знаменитостях и всяких мелочах! К чёрту СМИ и «Американскую гордость»! К чёрту всё это!... Америка больна — она прогнила насквозь. И нет иного средства спасти её, кроме как вырвать всё с корнем! Чтобы начать с чистого листа, надо сжечь всё дотла! Чтобы из пепла могла возродиться новая Америка — великая и непокорная! Избавимся от слабых — и сильные будут вольны выбирать ту жизнь, какую они сами захотят! И тогда они вернут Америке её было величие! — Что за чушь ты несёшь? — А ты до сих пор и не понял. Я использую войну как бизнес. Как средство, чтобы быть избранным. И я могу закончить войну как бизнес! В моей Америке люди будут умирать и убивать за то, во что они верят! Не за деньги и нефть! Не за то, что им говорят, что правильно! Каждый человек будет сам выбирать, за что он будет сражаться! Ну, что ты об этом думаешь? — С чего ты взял, что тебя изберут? — Ну, я не пишу себе речей. Тебе стоит попробовать сражаться за то, во что ты веришь, Джек. Не за общество, не за страну, не за кого-то ещё. — Может, я был не прав на счёт тебя... — Я наконец-таки тебя убедил?! Я избавлю мир от бессмысленных войн, Джек. — Я был не прав — ты не алчный... Ты грёбаный психопат! — Готовя гигантский омлет, не стоит беспокоиться о каждом разбитом яйце, Джек. — Но не когда ты «избавляешься от слабых», верно? Да что ты вообще знаешь о слабых? Ты не родился в нищете, никогда не голодал, и тебе не приходилось бороться, воровать и убивать, чтобы выжить... — Но ты же выжил! Благодаря силе воли, следуя своим собственным правилам, ты собственными руками вырвал свою жизнь из лап смерти! — А теперь я вырву и твою!

— «Два года я работал ради этого — и вчера один блондинчик заставил меня сомневаться во всём. Оставим это решение судьбе, да, Вульфи? Бой насмерть, где победит сильнейший. Если я одержу верх, то так тому и быть — вернусь к нашим постоянным международным инцидентам. Но если он победит меня, и я умру здесь, блокировка моего клинка отключится через несколько часов. Что произойдёт дальше, решать тебе, Вульфи». — Даже будучи мёртвым, этот парень остаётся занозой в моей заднице.

— Да когда же ты сдохнешь?! — Наномашины, сынок. Они затвердевают в момент физического повреждения. Ты не сможешь навредить мне, Джек! — Кем ты себя возомнил?! — Что я только что тебе сказал?