— У вас есть моторное масло? Прежде, чем я уеду, мне нужно залить масло. — Думаю, у мужа в гараже где-то оставалось, я пошлю кого-нибудь. — Сегодня или завтра? — Мы живем на отшибе, так далеко отовсюду, было бы нормальным остаться на ночь. Когда еще не было машин, гости всегда оставались ночевать. — Но у меня есть машина. — Да... — А у вас даже есть моторное масло.
— У вас есть карта? Карта дома? Потому что я не смогу найти путь в темноте. Дело в том, что в полночь я покину свое крыло и отправлюсь искать вас. Я поверну ручку вашей спальни без единого шума, никто из служанок не услышит. — Вы не знаете служанок. — Услышат и падение булавки? — Когда в доме мужчина — они слушают, дежурят по очереди. — Что ж, пускай слушают.
— Огромные потери на британской фондовой бирже отразятся на нашей экономике в обозримом будущем. Поэтому я прошу профсоюзы проявить понимание. Гибкость и готовность к сотрудничеству понадобятся нам для восстановления этой великой страны. — Мистер Томас Шелби. — Спасибо, господин спикер. Мой уважаемый друг, представляющий Эпинг, по причине возникшего кризиса просит членов профсоюзов проявить больше гибкости. На самом деле он хочет, чтобы рабочие отдувались за всех. Гранд-Казино Монте-Карло кажется ничтожным по сравнению с азартными играми в Лондоне и Нью-Йорке, где игроки в шелковых перчатках и касторовых шляпах, потеряв свои ставки, предлагают чистильщикам обуви их возместить. Что ж, от имени чистильщиков Южного Бирмингема и всей Великобритании, я предлагаю, тем, кто беспечно теряет свое состояние в капиталистической лотерее, учиться чистить себе обувь самостоятельно, нести свою ношу и платить за себя.
— А перед этим, я отправлюсь в Канаду. Чтобы забрать оплату за груз. Пять миллионов! — О, пять миллионов! — Которые я разделю между членами семьи Шелби. Это станет моим наследием. Вместо меня... останутся деньги. Потому что для большинства близких моя ценность в них! В сраных деньгах. В них моя сила.