Трикси

– Ты вчера работала, да? – Нет, я ходила ужинать. – С кем? – С Люцифером. – Если ты не работала – значит, это свидание? С цветочками, свечами и песнями про то, что надо делать голышом? – Нет. Определённо нет. Это было не свидание, правда. – А чего ты тогда покраснела, мама? – Ничего я не покраснела.

— Плохой человек сделал это с моей мамой. Значит, в мире существуют плохие люди? — Я не знаю... ну, есть в мире плохие люди, ну и что? Знаешь, хороших людей намного больше. — Правда? — Да. И твоей маме помогают хорошие люди.

– Ты что, кинул в меня игрушкой? – О, ты не спишь?! Раз так, то я хочу кое-что спросить.

— Я дам тебе шоколадный торт. — Я хочу денег. — Оу… нравится мне твой стиль.

— Я Беатрис, но меня все зовут Трикси. — С таким именем только на панель.

— Эй, обезьянка, с Мэйз все будет хорошо. — А почему у тебя такой встревоженный вид? — Я не за Мэйз тревожусь, а за Канаду.

— Может, срок жизни у нас и больше, чем у старых Нексусов. Но жить, значит нечто большее, чем долго существовать. Я хочу жить. За это мы и сражаемся. — После смерти мы попадаем в рай? — Нет для нас ни рая, ни ада. Для нас существует только этот мир.

– У мамы есть один шрам. – Где? – На попе, её укусил Кракен. – Ясно. Не туда зашёл наш разговор, но о каком Кракене ты говоришь? – Это злобный чихуахуа моей мамы.

— Ты пойдешь на собеседование в этом? Что там за работа? — Нянечкой в детсаду. — Ты любишь маленьких детей? — У меня есть опыт работы с грязными орущими людьми. Эти хотя бы маленькие.

— Люцифер, прошу, скажи что это неправда. Я же знаю, что ты никогда не врешь. Так скажи мне, что это не так. — Моё дорогое дитя, я не могу...