Уильям

Разве можно обрести счастье с кем-то, кто обращается с тобой как с нормальным человеком?

— Ты же знаешь — я не всегда думаю. — Верно. И не всегда головой, а?

Лучше раскаиваться, чем жалеть. Мы должны любить свободу. А не бояться её. Страх – это предубеждение, а мы обещали друг другу не иметь предубеждений.

Каждый из нас сражается. Кто-то с врагом, кто-то со стихией, кто-то — с самим собой. В последнем случае битва может быть незаметна, но это не значит, что она не ведётся.

Любовь к смертной — самый опасный якорь.

— Синдикат Нэш? Ты серьезно? Ты довольно крупная рыба, зачем тебе это? — Я не крупная рыба, Уильям. Я — Моби Дик.

— Прости. — Не нужно, ты не сделала ничего плохого. — Сделала. Я пыталась скрыть свои чувства.

– Если наше появление здесь изменит ход событий, то что нас ждёт в родном времени, когда мы вернёмся? Ведь это совершенно непредсказуемый процесс! – Именно эта мысль и не даёт мне покоя. Она отчего-то пришла мне на ум в тот миг, когда я увидел сегодня бабочку. Хрупкое крошечное создание, чья жизнь не кажется хоть сколь-нибудь значимой. Однако нельзя исключать, что даже сущая мелочь – если я, например, наступлю на бабочку, может повлечь за собой целый ряд изменений, которые в конечном счёте обернутся чем-то катастрофическим! На этот раз повисшая тишина показалась не просто напряжённой, скорее зловещей. До того момента, пока не раздался мягкий смешок хранителя. – Тогда знаешь что? Не наступай на бабочек. – Вы находите это смешным? – Я нахожу, что порой нужно смотреть на мир проще. (…) Законы мироздания непоколебимы и неизменны. Нарушить последовательность событий нельзя: всё происходит так, как предначертано. Если человек попадает в прошлое – значит, его поступки и приведут к тому будущему, которое вы знаете. (…) Создаётся круговорот циклов, и исход всякий раз будет один и тот же. – То есть при любом раскладе события выстроятся так, как должно? – Именно.

Когда не готовы признаться себе в собственных пороках, проще притвориться, что все ваши помыслы сосредоточены на чём-то ином.