Вирт

— Видишь кого? — Нет… О, я вижу тебя. — Да, я тоже тебя вижу, Грег.

— Эх, нет, пусть я и потерян, моё сердце по-прежнему находится дома, разбитое на кусочки и раскиданное по кладбищу моей потерянной любви и словно... Ты слышал? — Да. — Может это безумный маньяк с топором, который ходит по лесу в поисках жертв. [Грэг идет на звуки]

Зверь. Зверь наверняка поет. Темный сверчок, поющий реквием нашей неминуемой гибели.

Иногда я чувствую себя как лодка. Я плыву по извилистой реке жизни навстречу неизбежному черному океану, уплывая всё дальше от того, где я хочу быть и кем я хочу быть.

— Грэг, будь как твой брат. Всегда делай то, что велено. Будь жалким слабаком, желающим, чтобы другие принимали решение за него. — Эй! Что? Я не слабак. — Погоди, Вирт, я сейчас объясню! — Ну, давай. — Видишь, Грэг?! Вообще ни капли силы воли. — Хмм! — Вот таким тебе надо быть! — Но… звучит это как-то не очень весело. — Мир — очень печальное место, Грэг. В жизни мало чего веселого!

— Грэг! Там что, зверь? — Эмм… Я нашел утку! Ты знаешь, как достать яйца из утки? Я голоден! — Что насчет зверя? — Зверь гонится за мной! — Я не видел никакого зверя! У возницы кисель вместо мозгов! Ммм… кисель!

Конь! Я сделаю вид, что умею на тебе ездить! Ладно?

— Ты что, собралась надуть его? — Скорее..обворовать. — Что? Нет-нет-нет. — Но мы уже украли коня! — Привет. — Но он говорящий, значит, может делать всё, что хочет! — Я хочу воровать.

— Если хочешь найти Беатрису, то давай вперед, делай что хочешь! — Что захочу? Сколько же у меня силы!

— Ладно, Вирт, признаю, выглядишь ты как слабак, но это не так! — Оу?! — Глубоко внутри ты упрямый козёл! Когда ты уже сдашься? — Наверное, никогда! Никогда не сдамся!