Влад

— Ты что, думаешь, никто ничего не делает просто так? — Увы, — улыбнулась Фелиция, — я слишком хорошо знаю человеческую природу. Нами всегда движет жажда выгоды, а в чем эта выгода будет выражаться, решает каждый для себя сам — удовлетворение любопытства, ожидание ответной любезности, похвалы или восхищения, материального вознаграждения или собственного морального успокоения.

Боль уйдет, а он, после короткой слабости, перестанет ненавидеть мир, которому нет дела до его страданий.

Ты — единственный смысл и свет… Без тебя останется только тьма…

Среди женщин не бывает слабых или сильных, они — выше, они — ценность! Потеря женщины — невосполнима. Мужчина должен рисковать жизнью, иначе ее не достоин, а женщин обязан беречь всех!

Чудовище. Ему в самом деле без разницы, сколько погибло и сколько погибнет еще. Если встанет выбор прищемить себе палец или оправить на смерть другого — без колебаний выберет последнее.

— Великий воин, а каких женщин предпочитают в твоем племени: умных или красивых? — В моем племени народ спокойный, рассудительный. Выбирает золотую середину. Так посоветовал поступать один мудрец, когда два юнца спросили: что важнее для женщины — красивое лицо или стройные ноги? — Это понятно, но что значит золотая середина между красивой и умной? Полоумная?

Все секреты становятся тайной, а тайна превращается в зло. В этом истина любого секрета.

— А сегодня, кстати, праздник. — Кто так решил? — изумилась она. — ООН, — улыбнулся юноша, — Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин. «Интересно, он только поэтому повел себя к джентльмен?... Празднует, что ли?»

У солнца есть власть. Можно понять, почему люди ему преклоняются. Оно вон там, мы знаем, что это солнце, мы видим его и нуждаемся в нем.

— Почему ты это делаешь, Влад? Наказываешь меня? Думаешь, я недостаточно страдаю из-за своих ошибок? Не понимаю или не помню их? Нет. Каждая из них — это открытая рана — вот здесь. Мой побег из Румынии, после которого ты остался один в полной тьме. Каждый испуганный взгляд, который ранил тебя, заставляя чувствовать себя монстром. Мои страхи, слабости. Неспособность принять тебя сразу и полностью таким, какой ты есть. Все они здесь. Болят. Не заживают. Не дают дышать. Знаешь, чего я сейчас хочу? Вцепиться в тебя руками. Крепко-крепко. Прижаться к тебе всем телом и не отпускать, что бы ты ни говорил и ни делал. Но я не могу. Раньше нельзя было касаться твоей кожи. Но это было не так важно, потому что я могла касаться твоей души. А теперь я не могу ничего. Неужели ты меня настолько ненавидишь, что даже не хочешь видеть? — Нет. Я люблю тебя настолько, что не могу видеть.

Отличие дикаря от цивилизованного в том, что дикарь не может убить беззащитную женщину. Ты прав, рука не поднимется! Даже во имя высших целей...

— Лайонел! — сердито воскликнул Влад. — Больно? — изумился брат. — Нет, но не нужно резать меня вот так… — Как?! — Как колбасу! Будь добр, смени хотя бы выражение лица!

Предательство подобно краткой смерти. <...> Только тот, кого предали, не знает, что впереди целая жизнь и смерть эта не настоящая.

— Несколько сантиметров между людьми — это много или мало? Совсем недавно мне казалось, что бесконечно много. Но щедрым даётся, у жадных отнимается… Я был слишком жадным. И сантиметры превратились в километры. Горькие уроки усваиваются лучше всего. Поэтому, когда километры вдруг сжимаются до пары метров… ты принимаешь это как драгоценный дар. — Я почувствовала, как задрожали мои пальцы, и сильнее сжала обложку книги. — Дар, за который безмерно благодарен. Он едва заметно улыбнулся — самыми краешками губ. Эта улыбка и тёплый, ласкающий меня взгляд, стали резким контрастом на его утомлённом лице… Казалось, он собрал в себе самые последние крупинки света и с радостью отдавал их мне. Совершенно не заботясь о том, что сам остаётся ни с чем, в полной темноте. «Что же с тобой происходит? Что за тьма тебя съедает изнутри? И… могу ли я тебе помочь?»

Жизнь — это временная вещь...

Если человека пичкать обрывками культуры, которой тот не понимает, то он становится прекрасным фанатиком и оружием в чужих руках.