Захария

Мы не лгали! Мы избегали правды, чтобы манипулировать тобой!

— Что это, землетрясение? — Нет. Мой босс.

— Быть вместилищем для Михаила — великая честь! — Да уж! Прожить жизнь ангельским презервативом. Сплю и вижу!

— Ты наш маленький Рассел Кроу, но буйный.

— Пошли, Константин. — Я не понимаю эту отсылку. — Ещё бы.

— Момент неподходящий, знаю. Но я вынужден настаивать. — Настаивать будешь чай на кухне.

— Когда ты победишь, тебя ждёт неоценимая награда: мир, счастье... Сто шлюх и две девственницы

Я снова был Светом. В этой бесконечности и невозможности приблизить какой-либо конец, я всегда существовал, и столько же буду существовать, бесцельно блуждая во Тьме. Что я ищу здесь, пытаясь рассеять мрак? Входя вечером в темную комнату, мы включаем свет для того, чтоб что-то увидеть… А что же должен увидеть я? Будучи Светом, я живу во Тьме. Я – обратная сторона Тьмы, я часть ее, и я стал ее Светом… Зачем?

Тебя же предупреждали, убедился, что верить им нельзя? Что Сэм и Дин Винчестеры находятся в патологической, психологической, иррациональной и эротической зависимости друг от друга...

Ух ты! Убегаете от ангелов... Пешком... По небесам?! Странно, что с таким креативным подходом вы еще не остановили Апокалипсис!

— Далеко собрался? — Пойду удавлюсь.

— Ты можешь сломать меня, — его пальцы осторожно впились в ее горячую кожу, чувствуя бешеную пульсацию сонной артерии. — Можешь сбить меня с ног, переломать все кости… Я справлюсь с этим. Но не смей позволять мне поверить, что я имею для тебя значение, а затем вести себя так, будто меня не существует. Ты поняла меня, София? Растерянно моргнув, она кивнула. — Вот и прекрасно, — смягчился ловец, едва заметно улыбаясь. — Так что давай, просто сосредоточься на мне...

— Мы хотим, чтобы ты расслабился и настроился. — Я сейчас расстроюсь и уйду!

— Она у вас всегда такая сумасшедшая? — О, ты и половины не знаешь.