Жак Шни (Jacques Schnee)

— ... Я и не говорю о выгоде для моей компании — на кон поставлено будущее Атласа! — Всё это чушь, и ты сам это прекрасно понимаешь. — Прошу прощения?! — Жак, просто выслушай меня... — Ты был верным другом моей семьи все эти годы, Джеймс. Но то, что ты предлагаешь — чистой воды абсурд! — Ты преувеличиваешь... — Совет никогда подобного не одобрит! — За мной как раз два места в Совете, если ты забыл. — Твоё эмбарго на Прах уже стоило мне миллионов! Уверяю тебя, я этого не забыл! — В этом весь ты.

— Ты забыла о своих манерах, пока отсутствовала? — Нет, отец. Прошу меня простить. — Ты вообще можешь поверить, что в мире ещё остались люди, винящее наше королевство за случившееся в Биконе? — Ну, таких я пока ещё не встречала. — Удивительно, что за такое Айронвуда ещё не понизили. А всё потому что Совет всё ещё ему доверяет. — И я ему верю. — Из-за него Атласу запрещено экспортировать Прах в другие королевства. «Мера предосторожности, пока мы не убедимся, что никто не собирается объявлять войну.» Как кто-то, кто считает подобное логичным, может находиться в моём окружении? Именно поэтому П. К. Ш. на днях организовывает благотворительный бал. Нужно показать остальным людям Ремнанта, что мы на их стороне. Что и мы тоже — жертвы падения Бикона. — Звучит чудесно. — Знаю. И я думаю, многих обрадовало бы твоё выступления на этом мероприятии. — То есть?! — Многие забыли, что и ты была там. Моя дочь на передовой, защищавшая другое королевство. Надо им это напомнить. Показать всем, что семья Шни столь же могущественна, как и всегда. — Это вопрос, хотела бы я выступить по своей воле, или всё же приказ? — Я считаю, что это обнадёжило бы многих людей. — Тогда пойду репетировать. — Узнаю свою девочку.

— Невероятно! Просто невероятно! Ты хоть понимаешь, чего нам стоила твоя выходка? — Но я... — И не думай, что я говорю лишь о деньгах! Наша репутация подмочена! — Я хочу уйти. — Прошу прощения?! — Я сказала, что хочу уйти! Не хочу больше здесь оставаться. Даже не желаю торчать и лишней минуты в Атласе. — Юная леди, меня не волнуют ваши капризы. Дело касается не только тебя — тут речь о добром имени семьи Шни и твоём очевидном желании растоптать его! — А я ничего иного и не делала, кроме того как отстаивала семейную честь от имени той, на которой ты лишь женился! [Жак даёт дочери пощёчину.] — Ты меня разочаровала. Ты и представить себе не можешь, через что я прошёл, чтобы увековечить наше родовое имя. Думаешь, что если сбежишь, как твоя сестра, сможешь сделать Шни сильнее, чем сейчас? Ты сильно ошибаешься. То, что ты разделяешь её мнение, всё только усугубляет. — Я не на чьей стороне. Я делаю то, что считаю правильным, и это не включает трату моего времени здесь, среди Атласских снобов. Наследство Шни не принадлежит тебе. Оно — моё, и я буду распоряжаться им, но как Охотница. — Нет, не будешь. Ты не покинешь Атлас. Ты будешь сидеть здесь под замком, пока я не решу, выпускать тебя или нет. Будешь под постоянным надзором и вдали от проблем, пока я и ты не определим твоё дальнейшее будущее. — Что?! — Твоё суждение, что ты можешь получить всё, что захочешь — явный признак нашей ошибки, как родителей. Но с этого момента уж я-то уделю тебе всё своё внимание, в котором ты нуждаешься. Начиная с того, что ты не покинешь моё поле зрения. — Ты не можешь просто удерживать меня здесь! — Могу. И местный персонал поможет мне с этим. — О, так я теперь ещё и пленница?! — Ты моя дочь. А детей, знаешь ли, принято наказывать за плохое поведение. — Ты так сделаешь всё только хуже, отец. Люди начнут задавать вопросы: «Куда это наследница П. К. Ш. внезапно пропала?» — Поэтому ты больше не наследница П. К. Ш.. — Не поняла?! — Очевидно, что «психологическая травма после сражения за Бикон оказалась слишком глубокой». Поэтому все твои права на компанию и её капиталы я передаю твоему брату. Самое время очнуться и поприветствовать реальный мир.

— Ты должен держать себя в руках! — Хочешь, чтобы я сдерживался? Посмотри на себя сначала!.. — Я больше доверяю докладам твоей дочери, которая... — ДОЧЕРИ, КОТОРУЮ ТЫ УКРАЛ У МЕНЯ!!! — Нет! Мы не будем поднимать эту тему! — Конечно, ведь у нас есть темы поважнее! Например, твоя полная невменяемость! — ЖАК!... Эх... Винтер — одна из лучших моих офицеров. И если она говорит, что в Мистрале находится новая угроза для нас, я не стану этого игнорировать. Она там чуть больше недели — и уже войска мобилизируются, цены на оружие и прах подскочили. Кто-то затевает там нечто крупное, и я не доверил бы Лео вмешаться в это. — Неудивительно, ведь ты никому, кроме себя не доверяешь. — И на то есть причины! Если бы Оз послушал меня с самого начала. — Тебе нужно успокоиться... — Только этим я и занимаюсь, когда не думаю о защите наших людей... Через неделю Атлас закроет все границы: ни войти, ни выйти — без разрешения Совета. — «Без твоего разрешения», ты хотел сказать, не так ли? — Если так и будет, в твоих же интересах быть на моей стороне.