The Void (Тургор)

Не бойся смерти, смерти нет.

Он не живой. Он вполне себе мертвый.

Ты подобен неразумному ребёнку, который, воровато пробравшись в кладовку отца, тратит драгоценную краску на жалкую мазню.

Если тускнеет мечта, вместе с ней погибает и страх.

Голод – это когда выживать легко, но противно. Когда всем все равно.

Ей пятки прибей к земле – она ладони прибьёт к небесам в надежде, что разорвётся возле лодыжек.

Цвет — это твоя жизнь, твоя кровь, твоё оружие, твоя защита, твоё проклятье и твой же дар.

В последнее время все теряют души. Наверное, надобность в них отпала.

У меня нет воли, но есть инстинкт: превращать мёртвое в живое, обращать сон в явь, существование делать жизнью.

Кто отказался от Цвета, тот растворяется в холоде. Ибо теряет душу, а значит – возможнось бессмертия. Кто же по доброй воле отдаст другому свой Цвет без остатка? Что может быть страшнее, чем смерть после смерти? Сестра принесла себя в жертву, и Промежуток вздрогнул от ужаса. Но не живой пример отчаянной самоотдачи привел в неистовство Братьев и в трепет Сестер. А предчувствие того, что теперь невозможно иначе.

Это было бы чудом, а чудо покупается дорогой ценой.

Меняются и время, и мечты; Меняются, как время, представленья. Изменчивы под солнцем все явленья, И мир всечасно видишь новым ты.

Знаешь ли ты, от какого голода умерли прежние Сестры? Оттого, что о них забыли.

Голубое небо… Откуда ты знаешь, какое оно должно быть? Ты уже был там, Наверху? А может, это просто воспоминания твоей умирающей Души?..

Смерть – это ниже, в Кошмаре. Там вас раздергивают на атомы.

Незаслуженный дар не радует и не дает счастья.