Алекс Михаэлидес

С марихуаной, как и с сексом, одна история — все сильно преувеличивают эффект.

Ещё когда я поднималась на холм, на глаза навернулись слёзы. Я плакала не по матери, и не по себе, и даже не по тому несчастному бездомному. Я оплакивала всех нас. Вокруг столько боли, а мы просто закрываем на это глаза… Правда в том, что мы все боимся. Мы в ужасе друг от друга.

Выбирать любимого человека — примерно то же, что выбирать психотерапевта. А именно — прямо ответить на несколько вопросов: будет ли этот человек честен со мной, адекватно ли воспримет критику, сумеет ли признать свои ошибки и не станет ли давать неисполнимые обещания?

Невольно задумываешься, как спокойно и безмятежно тянется наша жизнь здесь, вдали от остального мира, и как охотно мы закрываем глаза на происходящие в нем кошмары...

Труднее всего, Тео, осознать, что нас не любили тогда, когда мы больше всего в этом нуждались. Ужасное ощущение — боль человека, которого не любили.

Когда мы в молодости испытываем страх — если нас стыдят или унижают, — кое-что происходит: время останавливается. Оно застывает на этом моменте. И частица нас оказывается запертой в том возрасте навсегда, как в ловушке.

Все мы чокнутые, только каждый по-своему.

В конце концов, каждому должно быть позволено в глубине души считать себя благородным героем.

Мы рождаемся с наполовину сформированным мозгом, который представляет собой скорее комок глины, а не бога-олимпийца. Как сказал психоаналитик Дональд Уинникотт: «Отдельного понятия «младенец» не существует». Развитие человеческой личности происходит не в изоляции, а только в процессе взаимодействия друг с другом. Нас формируют и заканчивают этот процесс невидимые силы, которые мы не запоминаем, — наши родители. Страшновато, правда? Кто знает, каким унижениям и наказаниям мы подвергались в то время, когда память ещё не сформировалась? Наша личность уже была сформирована, а мы даже не знали об этом.

Как часто мы принимаем серьезное чувство за «фейерверк» — из-за разрушительных острых ощущений. Мы забываем, что настоящая любовь приносит покой и умиротворение.

Тот, кто часто и ловко врет, способен предать партнера, не мучаясь угрызениями совести.

Любовь всегда основана на честности, иначе это не любовь.

Вокруг столько боли, а мы просто закрываем на это глаза... Правда в том, что мы все боимся.

Стоит дать чему-то название, и вы сразу перестаёте видеть картину целиком или понимать, почему это важно. Вы упираетесь в само слово. А ведь название – лишь крошечная часть явления, верхушка айсберга.

Раньше мне казалось, что страх — холодная эмоция; на самом деле он жжёт, как огонь.

Плохими не рождаются. Как заметил Уинникотт, «младенец может возненавидеть мать только в одном случае — если та прежде возненавидит собственное дитя».