Впервые за последние десять лет в ночь с 31–го на 1–е абсолютно все минчане — 2 миллиона человек вышли на улицы. Я не ожидал, что 2 миллиона будет на улицах. Я бы на это диво тоже приехал посмотреть из своего леса.
Нам такая демократия с гвалтом не надо. Нам демократия надо, когда человек работает, получает хоть какую-то зарплату, чтобы и хлебушка купить, молочка, сметаны, творожку, иногда кусочек мяса, чтобы накормить ребенка и так далее. Ну, с мясом уже давайте летом много есть не будем.
Вы знаете, я хотел бы, чтобы люди никогда, заглядывая в кошелек или свой карман, не думали о том, что им на что-то не хватает. Всегда части народа чего-то не хватает, это естественно. А я бы хотел, чтобы люди в Беларуси никогда этим не страдали. Вот она, моя единственная мечта.
Извините за нескромность, но Ельцин со мной на корте не справляется. Коржаков не справляется. Лужков проиграл три раза. В последний раз с Лужковым мы играли на 5 тысяч тонн сливочного масла.
Я хочу, чтобы русский человек, занял на планете Земля достойное место опоры, оплота славянской цивилизации. Я не хочу, чтобы русские нищали, вымирали. Я хочу, чтобы они были сильными и богатыми. Тогда и нам, особой ветви славянства, Белой Руси, будет лучше. Тогда и другая ветвь – Малая Русь потянется к Руси Великой. И мы снова станем монолитом.
Для меня любой гражданин России — это русский человек. <...> И я, как белорусский президент, никогда не противопоставлял белоруса и россиянина. Это родные народы. Иногда говорят: один народ. Может, кому-то это не нравится, но скажу так: это народы от одного корня. Есть российский — огромный ствол, а есть ствол — белорусы, украинцы; мы от одного корня. Мы оттуда вышли. И чего тут бояться? Это моя политика, моя идеология, я всегда её придерживался, я, наверное, с ней и умру. Этим всё сказано. Русский человек — это тот же белорус. Белорус — это тот же русский. Потому что мы одни корни имеем.
Кому-то неймется, что удивительно — в России, приватизировать эту победу. Как будто не было на войне других — белорусов, украинцев, грузин, армян, таджиков, туркмен… Весь Советский Союз воевал.