Анджей Стасюк

Вполне возможно, мы еще будем тосковать по этому смеху, потому что по дурацким вещам всегда тоскуют.

— Белый Ворон

Можешь мне поверить, ничто так не возвращает желания жить, как облом с самоубийством.

— Малыш

Все мы рождаемся, едим, кишки у нас приходят в негодность, и мы подыхаем. Никто не пытается стать бессмертным ради самой идеи.

— Белый Ворон

А я шел по узкой пустой улице. И вдруг подумал, что время — это пустота, но в то же время и разновидность материи.

— Белый Ворон

То, что завтра будет новый день, может звучать утешением, мой дорогой, только для дураков. Для приверженцев здорового образа жизни, но не для серьезных людей. Не для тех, кто кури…

— Белый Ворон

...он трус, он из того разряда трусов, которые обороняются до последнего, но никогда не атакуют.

— Белый Ворон

Мы были как дети, осуществляющие каприз — один, второй, третий и так до мгновения, когда мир закачается под крики, точно пьяный, и им станут уже управлять правила, сменяющиеся с м…

— Белый Ворон

Ведь мы каждый день говорим о смерти. «Доброе утро, мама. Доброе утро, папа», — а это и означает смерть. Каждое движение зубной щётки, каждый пузырь мыльной пены приближает тебя к…

— Костек

... мир не может быть настолько уж вонючим, чтобы именно этот год стал его увенчанием...

— Белый Ворон

Если воскрешение не сказка, то на том свете все чокнутые. Все спятили от ожидания.

— Белый Ворон

Мы были наги. Никаких шансов. Странно, как много времени нужно, чтобы подобная мысль дошла до сознания. Возможно, она по-настоящему никогда не доходит. Мы ведь не умираем от страх…

— Белый Ворон

Время. Мы делали только одно: исполняли его веления. Старели. Не было другого выхода. Оно опекает нас, все закоулки жизни мягко устланы им, заполнены, точно воздухом. Никаких потр…

— Белый Ворон

И я плачу, потому что и мы встанем в эту очередь, которая никогда и нигде не кончится, ведь конец света — это выдумка, и апокалипсис тоже выдумка, а если он и наступит, то эти ско…

— Белый Ворон