Борис Виан

Я умру, когда будут судачить вкруг меня, лицемерить и лгать и бумаги мои воровать.

Она тряхнула головой, чтобы откинуть назад свои вьющиеся блестящие волосы, и с решительным видом прижалась виском к щеке Колена. Кругом воцарилась гробовая тишина, и он почувствов…

— Пена дней

— ... все у меня сейчас как-то не в дугу. — Так оно и получается. Не бывает, чтобы все всегда шло хорошо. — Но могло бы не всегда быть плохо...

— Колен

— Не стоит плакать из-за девицы. Ни одна девица не стоит слёз. — Я не из-за неё плакал, — сказал Анжель. — А из-за того, какой она была и и какой теперь станет.

— Осень в Пекине

Молчанье — речь, расстояние — лучший врач.

— Пена дней

Стрелки показывали шесть часов — половину вечности...

— Туман

— Женщины начисто лишены воображения, — продолжал Анна. — Они уверены, что достаточно их присутствия, чтобы заполнить жизнь. Но в мире так много всего другого.

— Осень в Пекине

Перечитывая свои записи, я прихожу к выводу, что вам, пожалуй, и в голову не придёт, что их автор получил кое-какое образование.

— Женщинам не понять

Я умру, очевидно, убитым. И — профессиональным убийцей. Если это со мною случится, то умру я, не зная, что умер, — лишь услышу стрекочущий зуммер метко в сердце направленной пули.

— Вот это да! Ни на что другое не похоже. — Это совершенно не важно. Ты тоже ни на кого не похож.

— Колен

Не может такое бесполезное чувство, как страдание, дать кому бы то ни было на что бы то ни было какие бы то ни было права.

— Жакмор

В книжных магазинах, как известно, больше, чем где-либо, принято узнавать клиента, едва он соблаговолит переступить через порог.

— Я приду плюнуть на ваши могилы

— Я тебе больше не верю, — сказала она. — Женщина, которой наделали детей, не может верить мужчинам. Особенно тому, кто наделал.

— Сердцедер

Нельзя говорить, что глаза закрыты. Глаза не могут быть закрыты только потому, что опущены веки. Они открыты вовнутрь. Если вы открытые двери завалите камнями, то двери от этого н…

— Сердцедер

Профессор прослушал её, затем выпрямился и сказал: — Всё в порядке. Конечно, следы остались… — Да? — переспросила Хлоя. — Да, — подтвердил профессор. – Одно лёгкое у вас теперь по…

— Пена дней

— Да, — ответил Ангель. — Два года. У меня было помутнение сознания. Я много чего напорол. — Запас еще есть... — обнадежил Жакмор. — Можно пороть дальше. Еще не все потеряно.

— Сердцедер