Елена Черникова

Волна времени окатывает — в лицо, зажимает — не продохнуть. Отпустит, погремит мной, словно колотушкой, пошалит с другими за моей спиной, а потом опять как треснет по отплывшим от черепа мозгам, как двинет в живот мягчайшим из своих апперкотов — и уходит. И возвращается. и так каждый день.

Люди обожают справедливость, поэтому в мире разлита смертельная жестокость.

...потому как вне общения с ним я физически задыхаюсь. Это хуже любой любви, потому что это не может пройти.

Проститутка — это профессия, блядь — это призвание, а русская блядь — это трагический талант.

У меня новое чувство: жизнь распоряжается мной своевольно и грубо. Вынесет за скобки, обратно внесет, еще раз вынесет... ... Я ругаю себя последними и предпоследними словами. Я кричу себе, молча кричу, что я не могу позволить жизни иметь меня в хвост и гриву, особенно тогда, когда я настроилась любить жизнь...

Женщина — это настоящий дьявол, враг мира, источник соблазнов, причина раздоров, от которого мужчина должен держаться, если он желает обрести покой

Живые не должны питаться живыми.

Я уже не борюсь ни с собой, ни с тобой... Я теперь могу без тебя жить, есть, спать... Я ничего не чувствую. Анестезия. Я только смотрю. Я смотрю на тебя. Я никогда не плачу... Ничего не найдено... Да и наплевать... Я ничего не чувствую, как зеркало... Твое изображение, отразившись, присохло... И только тогда, когда разобьется зеркало, и оно с ним — на куски...