Элис Легроу

Человек — хрупкое создание, которому для выживания требуется пища, кров и телевизор с плоским экраном.

— Но самое главное, что коммунизм вреден для глаз... *Замешательство* — Ой! Я имел в виду телевизор. Просто перепутал.

— Ну вот, неужели нет другой дороги? Я за сегодня уже устала ходить вверх и вниз по лестницам! — Если ты устала, можешь воспользоваться лифтом? — Почему ты не сказал мне об этом раньше? — Потому что тут нет лифта. А теперь топай, подруга.

Наши любимые никогда нас не оставляют, их образ всегда живет внутри нас.

Когда тебя так долго считают не тем, что ты есть... Это туманит рассудок. В посмертии я стала чудовищем вопреки своей воле.

— Что... Так я и думала! Ты носишь маску! — Отстань... оставь меня в покое! — Давай-ка ее снимем! *еще одна маска* — А у тебя вообще есть настоящее лицо? — Она разломала свою индивидуальность на такое количество кусочков, что перестала быть личностью. Теперь она просто слои бесполезных масок. — Пустышка.

— Я понимаю твои страдания, но ты должна осознать, что они не могут продолжаться вечно. Нет ничего постыдного в том, чтобы освободить свое сознание от воспоминаний о Винсенте. — Как, черт возьми, ты можешь меня понять? Это невозможно! У тебя даже души нет, ты ничтожная конструкция! Ты не знаешь, каково это — быть человеком! Может быть я и избавилась от своих страхов и стала умнее, чем была раньше... Но от этого я не чувствую себя менее опустошенной! И как раз этого-то ты и не можешьпонять, потому что ты бесстрастная груда камней! — Даже бесстрастная груда камней знает цену отпушенного тебе срока на земле. А еще я знаю, что невозможно жить, упиваясь жалостью к самому себе. Ты выше этого. Ты достойна большего. Пришло время излечить свою душу, измениться и бесстрашно посмотреть в лицо смерти. Я сделана из камня, Дина. А из чего сделана ты?

Некоторые люди очень жестоки. Они ненавидят всякого, кто не похож на них. Не позволяй им дразнить себя. Ты этого не заслужила. Ты гораздо лучше, чем все они.

Даже такая простая вещь, как шляпа, может стать жизненно важной, если все вокруг их носят. Ты можешь надеть её и сказать: «Эй ты, тип без шляпы! У меня есть то, чего у тебя нет! Хочешь знать почему? Возможно, я более ценен для общества».

— Кстати... Почему мне кажется, что я единственный здесь ношу юбку поверх штанов? Ты говорил, этого требует мода. — Ха! Просто ты такой ультрамодный, что за тобой пока никто не угнался. Дай им ещё часок.

Ты должна научиться быть сильной сама по себе. Должна идти вперед, а не жить прошлым.

— Ты псих. — А ты очаровашка!

— Боже мой. Что всё это такое? — Это, мой озадаченный друг, общественное святилище бога наживы.

Один раз я чуть не подавился часами Дика Трейси. Теперь-то я знаю, не стоило пихать их в рот вместе с коробочкой и прочим.

— Не понимаю... Как он мог убить девушку, которую любил? Это же бред какой-то! — Это любовь, Дина. Она часто похожа на бред.

— Не хотелось бы показаться неучтивым по отношению к мисс Дине, но, возможно, сейчас как раз то самое время месяца. — Банный день, что ли? Но я еще чистый с прошлого месяца!