Энн Бронте

Если мне суждено стать матерью, я любой ценой постараюсь подавить в себе эту преступную склонность баловать своих детей. Как иначе назвать ее, раз она порождает столько зла?

— Хелен Грэхем

Если же я иной раз и позволю себе взглянуть на другую, тебе нечего на это сетовать: это же просто мгновенная вспышка молнии, а моя любовь к тебе пылает ровно и вечно, как солнце.

— Артур Хантингдон

Но где просыпается надежда, там всегда таится страх.

— Хелен Грэхем

Истинная дружба невозможна без близкого знакомства.

— Хелен Грэхем

Мужчине нужно на что-нибудь ворчать, и если он не может жаловаться на то, как жена изводит его своими капризами и упрямством, ему остается только жаловаться на то, как она допекае…

— Ральф Хэттерсли

— Скажите мне, вы никогда не думали о мести? — О мести? Нет. Какую пользу она принесла бы? Он не стал бы лучше, а я — счастливее.

— Хелен Грэхем

Можно посмотреть человеку в глаза, заглянуть ему в сердце и за какой-то час узнать о его душе столько, сколько и за всю жизнь не обнаружишь, если он или она не захотят тебе открыт…

— Гилберт Маркхем

Пусть глаза твои будут слепы к поверхностному блеску, твои уши глухи ко всем ухищрениям лести, к самым вкрадчивым улещиваниям.

— Пегги Максуэлл

То, что особенно влечет влюбленного, часто оборачивается величайшими мучениями для мужа.

— Мистер Скукхем

Чем больше счастья предлагает мне природа, тем сильнее томит меня тоска, что он не вкушает его со мной. Чем больше блаженство, которое мы могли бы делить, тем болезненнее я ощущаю…

— Хелен Грэхем

Как сумею я научить моего мальчика уважать своего отца, но не брать с него примера?

— Хелен Грэхем

Я не стану преодолевать легкое предубеждение против вас, как несправедливое, а наоборот, буду его лелеять, пока не удостоверюсь, что у меня нет причин не доверять этой заботливой,…

— Хелен Грэхем

Ожесточенности чувств могут научить только тяжкий опыт и отчаяние.

— Хелен Грэхем

Исправиться вообще никогда не поздно, лишь бы было искреннее желание и нашлась бы сила воли привести свое намерение в исполнение.

— Хелен Грэхем

Это же удвоенное себялюбие! Бесчувственность и ко мне, и к тем, кому он прежде клялся в любви.

— Хелен Грэхем

Он знает, что он — мое солнце, но когда ему угодно отнимать у меня свой свет, мое небо, по его мнению, должно оставаться в полном мраке. И он не желает, чтобы этот мрак смягчался…

— Хелен Грэхем