Афоризмы
28 сентября 2026, понедельник
Филипп Делерм
Раздел

Филипп Делерм

8 цитат

Филипп Делерм (фр. Philippe Delerm) — один из самых читаемых писателей в современной Франции, лауреат многих литературных премий. В России уже выходил самый знаменитый сборник его рассказов «Первый глоток пива и другие мелкие радости жизни», а также роман «Пьющий время». В свободное от писательства время Делерм преподаёт словесность в небольшом нормандском городке.

Род деятельности
писатель
Место рождения
Овер-сюр-Уаз, Иль-де-Франс, Франция
Дата рождения
27.11.1950 (возраст 75 лет)
«Наступила осень», — и понимал, конечно, что началась прелюдия к зиме. <...> Ну, стало быть, пришла пора обзавестись новым свитером. Облечься в клены, в цветной подлесок, в каштановые колючки, в розовеющие сыроежки. Надеть на себя шерстяное отражение осени. И непременно новое — выбрать новый свитер, зажечь новый факел, рассчитанный на угасание. ... Пусть этот свитер будет из ровницы. Домашней вязки, крупными рядами, как будто у кого-то еще хватает времени вязать для вас. Ты будешь в нем частицей осени. Так пусть же он будет просторным, чтобы исчезло тело. Просторным, со спущенными плечами, с запасом… Приятно проиграть всю гамму, тон за тоном, до самого конца. Готовишься грустить с комфортом. Покупаешь цвет дней, новый свитер на осень.
— Первый глоток пива и прочие мелкие радости жизни · книга
В утренней газете ничего не происходит, тем она и хороша. Она помогает растянуть удовольствие от горячего кофе с поджаренным хлебом. Вычитываешь в ней, что мир стоит, как прежде, и день не спешит начинаться.
— Первый глоток пива и прочие мелкие радости жизни · книга
Лето задолго до конца, жаркий южный июль. В домах закрывают ставни, жизнь замедляется, пылинки пляшут в солнечных полосках. Казалось бы, дико сидеть взаперти в такой ясный день. Еще глупее торчать перед телевизором, когда рядом стоит густой лес, заманчиво блестит прохладная речка! Но эта дикость становится позволительной, когда показывают «Тур». Смотреть велогонку «Тур де Франс» – занятие респектабельное, освященное традицией и не имеет ничего общего с постыдной праздностью или растительным балдением.
— Первый глоток пива и прочие мелкие радости жизни · книга
«Почти что» и «можно бы». Жизнь в сослагательном наклонении — прекрасно! Совсем как играли в детстве: «Давай, как будто ты...» Воображаемая жизнь, где нет ничего несомненного.
— Первый глоток пива и прочие мелкие радости жизни · книга
Газета – это сплошные ужасы, войны, катастрофы. Когда выслушиваешь это всё по радио, голос диктора словно вколачивает гвозди в мозг – стресс обеспечен!
— Первый глоток пива и прочие мелкие радости жизни · книга
Утренняя газета. Это парадоксальная роскошь. Погружаться в бурный мир, сидя в уютом уголке и вдыхая аромат кофе. Газета – это сплошные ужасы, войны, катастрофы. Когда выслушиваешь это все по радио, голос диктора словно вколачивает гвозди в мозг – стресс обеспечен. С газетой все иначе. Разворачиваешь и кое-как пристраиваешь ее на кухонном столе, между грилем и масленкой. Да, ты скользишь глазами по строкам, пропитанным раздирающей наш мир жестокостью, но ее сглаживает запах смородинового джема, какао, поджаренного хлеба.
— Счастье. Картины и разговоры · книга
Портвейн не пьют, его смакуют. Чтоб насладиться густотой и бархатом, а заодно продемонстрировать свою неприхотливость. Пусть другие упиваются роскошной ледяной горечью виски или джина с мартини, а мы погреем душу ароматом старой доброй Франции, садика деревенского кюре, немодной нынче сладостью — барышня и та лишь чуть зардеется.
— Первый глоток пива и прочие мелкие радости жизни · книга
ПЕРВЫЙ ГЛОТОК ПИВА. Только самый первый! Остальные – хоть и отхлебываешь каждый раз все больше, уже не то – ничего не дают, только разливается ватный дурман да распирает сытость. Разве что в последнем, с его безнадежностью конца, тоже что-то есть… Но первый глоток! Глоток? Все начинается еще не доходя до горла. Сначала золотые пузырики, вспененная прохлада на губах, потом медленная, щекочущая горчинкой ласка наполняет нёбо. Первый глоток кажется таким долгим! Впиваешь его с наигранно-инстинктивной жадностью. На самом деле все предопределено: и количество – не слишком много, не слишком мало, ровно столько, сколько нужно для хорошего почина; и непременное блаженство, обозначаемое вздохом, причмокиванием или не менее выразительной паузой; и обманчивое ощущение уходящего в бесконечность удовольствия… Сам-то знаешь: лучшее уже позади. Теперь нужно поставить стакан на пористый кружочек и даже чуточку его отодвинуть. Насладиться цветом – горького меда, холодного солнца. С толком и с расстановкой – совершается целый обряд, с тем чтобы овладеть чудом, которое исчезает, едва успев произойти. На стенке стакана с удовлетворением читаешь название – да, это пиво ты и заказывал. Однако, сколько бы ни перекликались, как бы точно ни соответствовали друг другу сосуд и содержимое, волшебство невоспроизводимо. Хочется сохранить, облечь в формулы тайну синтеза чистого золота. Но эта алхимия за белым столиком в пятнах солнца сводится к соблюдению условностей, а удовольствия чем больше пьешь, тем меньше. И нет в нем радости: пьешь, чтобы забыть первый глоток.
— Первый глоток пива и прочие мелкие радости жизни · книга