Глен Кук

Когда тебя всё бесит, понимаешь что ты стар.

Среди богов наверняка есть парень, который занимается лишь тем, что чинит мне неприятности.

У нас крадут юность и не оставляют нам иной, кроме юности наших детей...

Не следует приглашать тигра в дом, чтобы он выгнал волка.

— Раз уж ты поднял этот вопрос, Морли, давай-ка посчитаем. Кто умрет раньше? Я, питаясь, чем хочу, или ты, путаясь с чужими женами? — Ты смешиваешь яблоки с апельсинами, приятель. — Не смешиваю и говорю вполне серьезно. Секунд пятнадцать он молчал, а затем проговорил: — Зато я умру счастливым. — Я тоже, Морли. Но без ореховой скорлупы, застрявшей между зубами.

Непонимание — страшнее тысяч кинжалов. Убийца с ножом перережет человеку глотку, а дурак — погубит целый город.

Все люди рождаются обреченными — так говорят мудрые. Всех своей грудью вскармливает Смерть.

Не существует самопровозглашённых злодеев, зато самопровозглашённых святых — целые полки и дивизии. А где зло и где добро, в конце концов определяют историки одержавших победу.

Время, ты безжалостный убийца, я чую твоё ледяное дыхание, слышу гром железных копыт...

Когда хочешь, чтобы ночь длилась вечно, заря наступает на глазах. Когда хочешь, чтобы часы тянулись, они летят.

Собственное прошлое – это дух, который не желает изгоняться. Единственный экзорцизм для него – смерть.

Мёртвые герои лишаются второго шанса отличиться.

Обо мне говорят, что я всегда виду будущее только в мрачном свете. Но ведь в этом случае человека ожидает меньшее разочарование.

Я думаю, каждый из нас когда-нибудь находит человека, с которым он может быть совершенно честен, чье доброе мнение заменяет мнение всего мира. И это доброе мнение становится важнее всех подлых, скользких замыслов, алчности, похоти, самовозвеличения — всего, что мы творим втихаря, тем временем убеждая мир в том, что мы — всего лишь простые, душевные люди. Так вот, я был ее объектом честности, а она — моим. Одно лишь мы скрывали друг от друга — и только из-за боязни: а вдруг оно, будучи раскрытым, изменит все остальное и, быть может, вдребезги разобьет откровенность во всем остальном...

Утро — это прекрасно. Единственный его недостаток — оно всегда приходит не вовремя.

Книги должны быть написаны. Истина должна быть увековечена, даже если судьба распорядится так, что ни один человек не прочтёт написанного мной.